Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет. Книга 2

После этого я услышала слова:

— Ты и с короткими волосами выглядишь превосходно, — я сразу узнала человека, которому принадлежал голос. Это был Ксиан.

Я обернулась к парню и посмотрела на него. Джинсы и теплый свитер. Влекущая внешность, раскосые глаза и немного растрепанные волосы. Как же давно я не видела Ксиана. Казалось, что уже целую вечность.

Я даже моргнуть не успела, как Винченсо мгновенно встал между мной и китайцем, закрывая меня от него, своей массивной спиной.

— Я тебе сейчас руку оторву, — взревел Медичи.

Я не видела его лица, но отчетливо понимала, что оно сейчас перекошено от ярости.

Ксиан спокойно сел за наш столик и, открыв меню, которое принес с собой, лениво начал его просматривать, при этом сказав:

— Вижу, что ты меня, как всегда, рад видеть. А ведь я к вам пришел с ценным подарком.

Отступление. Винченсо

16 июня. Бергамо. (Один день до смерти «Ромолы»)

— Вы проверили всех ее подруг? Знакомых? Бывших одноклассниц, с которыми Мелкая общалась? — Винченсо до побелевших костяшек сжал руль и прибавил скорости, пересекая крайние улицы старого города в Бергамо.

— Да, проверили всех. Ромола сейчас не у них, — ответил Батиста, локтем облокотившись о ручку на двери.

— Тогда, где она может быть? Бл*ть, где Мелкая прячется? — черты лица Медичи покрылись ужасающим мраком, когда он спросил: — У нее точно не появилось парня за последние дни?

— Нет, парня у Гвидиче нет, — Батиста отрицательно качнул головой.

 — После того, как ты пару дней назад, после своего возвращения из Милана, отвадил от нее Гаспаро Мути, с которым Гвидиче недавно начала отношения, нового парня у нее не появилось. Это точная информация.

— Вы проверили этого Мути? Может, она у него? — Медичи с еще большей силой сжал руль. Казалось, что еще немного и он его к чертовой матери вырвет.

— Винченсо, ты вывез Мути в поле и, приставив к его голове пистолет, заставил руками рыть яму, в которой обещал закопать его труп, если Мути еще хоть раз приблизится к Ромоле.

А потом заставил при тебе позвонить Гвидиче и бросить ее, — Батиста повернулся к своему другу. — Он кожу на руках в лохмотья порвал, пока рыл яму и обоссался от страха. Думаешь, что Мути после этого пустил бы Гвидиче к себе?

— Вы его проверили или нет? — жестко спросил Медичи.

— Да, проверили, — Батиста опять отвернулся к окну. — Мути в больнице.