Подарок для герцога. Вернуть отправителю!

Там мы с Габом и столкнулись, когда сменились сезоны.

– Боишься обидеть ледяную стерву, поощрив незаметную статистку вроде меня? Тьфу… Дела ей нет до наших маленьких сделок, – Миланка закатила глаза. – Она ленива, холодна и безучастна. До полудня льдинки из волос выковыривает… А потом до сумерек вплетает вновь…

– И чего ты хочешь?

– Купи мне золотую лоури, – ухмыльнулась она и кивнула на клетку. – У тебя же есть деньги?

– Это не золотая, а обычная желтая, – помялась я.

Шимани рассказывал о существах, обитающих в окрестностях Пьяналавры.

– Станет золотая, если заплатишь златом, – промурлыкала Миландора.

– Ей цена один сат!

Моя разумная сущность возмущенно бухтела. Нет смысла переплачивать за то, что отдают по сезонной акции почти даром.

– Ей та цена, которую ты за нее отдашь, – меланхолично выдала богиня и отвернулась.

Я быстро кинула золотую монетку на блюдце перед ошалевшей торговкой и сняла клетку с крючка. Уверена, она не станет возражать, если мы заберем замерзшую пташку вместе с упаковкой.

– Держи, юродивая, – прошипела я вслед Миланке и всучила ей подношение.

– Ох, до чего приятно! – ухмыльнулась она и протянула мне руку. Под самый нос. Для поцелуя.

Видит Сато, я ей сейчас волосы повыдергаю!

– Тише, Лизавета, – Миланка помахала пальчиком перед моим носом. – Забыла, с кем разговариваешь? Я пусть и младшая, но богиня…

– Заноза ты в одном неприличном месте, – выдавила я и опустила руки, стремившиеся к удушению. – Ты получила подношение? Получила.

– Ты не поняла? До сих пор? Плохо учишься… А я столько сил потратила, чтобы ты попала на «Теологию» у Башелора, – вздохнула девица и сунула тряпичную куклу в карман. – Он славный магистр. Из тех, кто помнит.

– Пятую богиню? – догадалась я по хитрому прищуру. – Ты как-то связана с Лаврой?

– Как-то связана. И крайне болезненно воспринимаю, что Сатар ее позабыл, – проворочала Миландора.

Я сочувственно вздохнула: я в ее трудном возрасте тоже все воспринимала болезненно.

– Нет, представляешь? Я столько энергии вбухала, чтобы пропихнуть в Театре Владыки этот спектакль! Играю каждый вечер с самоотдачей, достойной «Тони»! А эти, с позволения сказать, «культурные аристократы» в закрытых ложах непристойничают… и на сцену даже не смотрят!

– Понимаю твое возмущение…

– Словно то, что я делаю, вообще никому, кроме меня, не надо! – распалялась Миланка на всю улицу, вбивая в снег желтые сапожки.