Подарок для герцога. Вернуть отправителю!

– Сделаем маленький крюк, Галлея, – предложил герцог и натянул на темное лицо виноватую улыбку. – Надо заскочить на южный охранный пост. Мои люди целый день фиксировали перемещения тумана, на рассвете мне понадобятся эти карты.

– И… как далеко постовая башня? – протянула я.

– За час точно обернемся.

Час?! Ох, Судьбоносная, на кого ты меня покинула…"

"– Наш харпемейстер совсем продрог, Габ! Погода нелётная, – прошептала я с придыханием, призванным скрыть клокочущую панику.

Потыкала пальцем в черно-белую круговерть за окном.

– Всем нам временами приходится терпеть лишения, сестра, – Габриэл пожал плечами. – Это война. На ней бывают жертвы.

– Эти карты такие ценные? – я всплеснула руками. – Неужто нельзя попросить кого-то из стражи привезти их в Грейнхолл?

– Пожалуй, можно… Но нам по пути. Крюк совсем небольшой, Гала, – нахмурился Габриэл, призывая мое бунтующее сердечко к проявлению гражданской сознательности. – Погода и впрямь паршивая.

Моя совесть побежденно всхлипнула: стража, конечно, жалко. Но и Лизавету Кутейкину тоже… Самую малость. Больше сорока минут маска не продержится, даже если грумль превзошел себя.

– Только обещай, что мы сразу туда и назад, ладно? – взмолилась, просительно поднимая брови.

– Обещаю, – сосредоточенно кивнул Габ. – Немного терпения, и окажешься в теплой постели.

Хорошо бы, если в своей.

Габриэл не соврал: минут через десять показался купол сторожевой башни.

Велев нам с кучером дожидаться снаружи, герцог выбежал в снегопад и скрылся в зеленом облаке, что выплыло из открывшейся навстречу двери.

Минуты щелкали в голове. Шестеренки лязгали металлом, скрипели натужно, отсчитывая мгновения до конца.

До моего конца, но кому нужна точность формулировок?

А Габриэл все не шел.

Что делать, как спастись?

Разве только…

Я подскочила к дивану, на котором до этого сидел Габ, забралась на него с коленями и дотянулась до задвижки в деревянной перегородке. Я видела: герцог дергал за эту ручку всякий раз, отдавая приказы харпемейстеру. За деревянной «шторкой» имелась узкая смотровая щель, окошечко открывалось только изнутри.