Залог на любовь

А она готовилась к этому дню, все спланировала до мелочей, даже цвет скатертей на чертовых столах.

А он все испортил.

Каро грустно вздохнула, словно подтверждая мысли Ильи.

Горняков резко дал по тормозам, прижался к обочине, беззвучно выругался.

— Дурак, да? — невесело усмехнулся Илья. — Тебя там гости ждут. Подарки. Торт вкусный, наверное.

— Наверное, — еще раз вздохнула Каро.

Илья на секунду прикрыл глаза, а потом всеми силами старался не думать о том, что рядом с ним его маленькая умопомрачительно красивая принцесса.

А она — девочка совсем.

Илья сорвал тачку с места, развернулся и помчался в обратную сторону. И остановился только перед особняком Мартыновых.

— Думаю, за сорок минут ничего не изменилось, — отстраненно произнес Илья, глядя строго перед собой. — Беги. Тебя ждут.

Илья разблокировал двери нажатием кнопки и больше не пошевелился.

Илья провел ладонью по коротко стриженному затылку. Внезапно накатили усталость и полный пофигизм. Горняков старался уцепиться за эти чувства. А не за мысли, что Каро так и сидит в его тачке, не торопится сбегать от него.

— Дурак! — фыркнула девчонка и дернула ручку двери на себя.

Через секунду Каролина вышла из машины, стуча каблучками, прошла к застывшей перед дверьми охране.

Илья не смог отвернуться. Жадно следил за каждым движением, отмечая, какой красивой и идеальной стала его принцесса. Тонкая талия, умопомрачительно длинные ноги, волосы струятся по спине и плечам каскадом.

Илья прикрыл глаза, только когда девушка скрылась за спинами охранников.

Идиот. Тупой идиот.

* * *Когда к гостям вернулась именинница, удивилась вся родня. А в мыслях Витольд Аскольдович уже четвертовал гаденыша.

Но щеки Каро горели румянцем, а в глазах плескался гнев. Со стороны Мартынова выглядела идеально, однако родители видели, что их девочка вне себя от ярости. И в таком состоянии трогать Каролину Витольдовну никто не рискнул бы.

А потому ведущему велели проводить мероприятие и дальше, веселить гостей, суетиться вокруг нужных людей, а вот именинницу оставить в покое."

"А Каро уселась на свой стул, переделанный под шикарный трон.