Под защитой твоей тьмы

Пока я не прижимаюсь своей влажной от возбуждения плотью к его твёрдому стволу.

− Ты можешь быть сверху, малыш. Как наездница.

Представив, как это может быть… ощущаться… выглядеть… судорожно хватаю ртом воздух, расширенными глазами смотря на него. Мысль о том, чтобы самой соединить наши тела, самой двигаться, настолько же невероятна, насколько и возбуждающая.

− Вижу, тебе по вкусу такая идея, − довольно ухмыляется Мартан. — Тогда смелее, душа моя. Я, как всегда, весь твой.

− Я не знаю, как, − признаюсь смущённо.

− Сядь на меня верхом, − велит он, прожигая меня пламенным взглядом.

Чувствуя, что щёки снова пылают от смущения и возбуждённого волнения, я с замиранием сердца выполняю распоряжение. Поднимаюсь над ним, выпрямляясь.

О боги. Теперь я буквально сижу на той самой части его тела.

Мартан со стоном слегка толкается пару раз бёдрами. И выглядит так, что не понятно, больно ему, или хорошо. Неужели это я так на него действую?

− Приподнимись, малыш, − мужские ладони смыкаются на моих бёдрах.

Приподнимаясь и ощущая, как он направляет в меня твёрдую головку, я уже без подсказок опускаюсь обратно, со стоном насаживаясь на каменно-твёрдый орган.

− О боги, да, малышка, − запрокидывает голову Мартан, вторя моим мысленным восклицаниям. Его огромное тело словно из стали отлито, так прорисовываются под кожей мышцы.

Тяжело дыша, я некоторое время просто легонько раскачиваюсь на нём, потираясь своей плотью о его пах, привыкая к этой невозможно-приятной растянутости и пляшущим под веками пятнами света.

А потом Мартан направляет меня, приподнимая и опуская, показывая, как будет ещё слаще. И сам вбивается снизу, подталкивая к нужному темпу.

Кажется, мне очень нравится быть наездницей.

− Мартан, можно спросить? — вспоминаю я кое-что, спустя маленькую вечность, когда наше дыхание немного выравнивается и светлое тепло, подпитанное тьмой моего демона, сворачивается в моей груди пушистым согревающим клубком. Приподнимаю голову с мускулистого плеча, заглядывая в лицо.