Под защитой твоей тьмы

Это что-то невероятное. Кружиться в сильных надёжных руках. Взлетать и падать, зная, что тебя обязательно поймают и удержат. Прижиматься к мужскому телу, скользить вокруг него, убегать и возвращаться, следуя за мелодией. Чувствовать, что для него не существует больше никого. Смотреть в чёрные глаза, всё глубже погружаясь в марево сладких обещаний, что нашёптывает мне ласковая тьма. И ощущать, как разгорается в груди странное трепещущее тепло, от которого ещё больше хочется парить.

Музыка стихает. Но я замечаю это далеко не сразу, завороженная пережитым волшебством.

И лишь когда вокруг нас все вдруг начинают почему-то кричать и хлопать, я неохотно возвращаюсь в реальный мир, сумев отвести взгляд от пылающих глаз жениха. Пальцы всё ещё покалывает в такт сердцебиению. Тело ощущается так, будто под кожей пляшут искры. А сознание туманится безумными желаниями.

− Пойдём в наши покои, Рин, − хрипло шепчет Мартан, касаясь губами моего виска.

Моргнув, я оторопело смотрю сначала, как мимо нас проносятся в новом, более резвом, танце несколько парочек, а потом снова поднимаю взгляд на жениха.

Уйти? Сейчас? Почему?

− Уже? — хмурюсь недоумённо. — Я думала… мы побудем дольше.

В ответ он почему-то тяжело вздыхает. Качает головой с кривой усмешкой.

− Ты хочешь ещё остаться?"

"С одной стороны, я не прочь подняться сейчас с ним в башню. Отдохнуть после тяжёлого дня, лечь в кровать… но ведь там меня ждут обещанные вопросы и разговоры помимо отдыха и поцелуев.

− Если это возможно, − прошу, смотря на него снизу вверх.

И Мартан почему-то снова шумно выдыхает сглотнув. Руки на моей талии сжимаются крепче.

− Для тебя ничего невозможного, Мышонок, − дёргает уголком губ в усмешке. — Пойдём за стол, или ещё потанцуем?

Сложный вопрос, но мне так пить нестерпимо хочется.

− А если сейчас за стол, потом можно будет ещё потанцевать? — решаюсь на ещё одну просьбу.

− Можно, Мышонок. Тебе можно всё, − уже откровенно веселится мой жених. Вот демон.

− Совсем-совсем всё? — удивлённо вскидываю брови.

А в ответ получаю пылкий поцелуй.

− В разумных пределах, маленькая, − кусает он меня за губу.

И да, я снова вспыхиваю румянцем. И теперь уже не знаю, от чего больше — от смущения, или от шального удовольствия. Наверное, эль оказался значительно крепче, чем я думала. Потому что чувствую я себя очень странно.