Почувствуй это снова

Я мысли свои даже и не пытаюсь упорядочивать, пусть хаотично бегают. Какую поймаю за хвост, ту и думаю. Надежда, обида, радость, гнев... всё смешалось и запуталось. У любви много оттенков и привкусов, эта ядовитая субстанция живет своей жизнью."

"Телефон периодически проверяю, хотя знаю: Матвей не позвонит. Он не звонил полтора месяца с той страшной ссоры ночью у парковки травматологии.

И бегать за мной больше не станет.

Четкое и ясное понимание этого однажды стало открытием, я очень долго вокруг него кружила, продиралась наощупь, ничего кроме своей боли не чувствуя.

Мы разошлись навсегда.

И если помиримся, то всё будет иначе. И я не представляю как это с ним, когда иначе.

Не помнила себя фантазеркой ранее, сейчас же часами могу, забившись в угол какой–нибудь и закрыв глаза, в голове прокручивать наши с Матвеем общие моменты. Вспоминать и будто бы вновь испытывать то, что я тогда испытывала. Чувствовать то, что чувствовала. Снова и снова, как наркоманка на игле.

Я как раз в мыслях своих на «Черри» ночью к травматологии подъезжаю и, выпрыгнув из машины, вместо того, чтобы начать орать, несусь к Матвею и обнимаю его руками и ногами, как дверь открывается.

Мама заглядывает в комнату и говорит радостно:

– Юля, пойдем ужинать? У нас всё готово.

Счастливая–счастливая!

– Да, мам, сейчас, – присаживаюсь и тоже улыбаюсь.

Быстро расчесываюсь, убираю волосы за уши, после чего направляюсь за ней в кухню.

Мама была свидетельницей, а папа обычным гостем. Он весь вечер «воровал» ее у свидетеля и выпрашивал танцы.

Забавный факт: я всю жизнь почему–то думала, что родилась через два года после знакомства родителей, что вполне пристойно. Пока Матвей не подметил, что познакомились–то они в декабре, а через январь родилась я.

Мама, суетясь, накрывает на стол, отец разливает вино. Я беру бокал и говорю короткую искреннюю речь. Желаю счастья, долгих лет жизни. Искренней любви.

Папа приобнимает маму одной рукой и широко улыбается.