Почувствуй это снова

Откладываю экраном вниз, добиваясь темноты.

Падаю на подушку. Глаза закрываю. Спит Юля.

Моя Юля мерно дрыхнет рядом.

Осознание этой простой данности обрушивается внезапно и будит похлеще брызг холодной воды.

Пульс тут же знакомо ускоряется. Всегда такое происходит, когда просыпаюсь и мысли о ней разные. Самой Юли при этом, зачастую, рядом нет. Сегодня же, так сказать, исключение.

Мы добрались с ней до исключений. Таким вот непростым способом.

– Матвей, – шепчет сонно. – Ты спишь?

Мешкаю, потом сдаюсь:

– Почти.

Юля приподнимается, ищет спросонья. Ни дать ни взять заплутавший котенок. Хватаю, на грудь укладываю, прижимаю крепко.

Юля тянет:

– М–м–м.

– Чего мурчишь?

– Хорошо–о. Тепло, спокойно. Это я так радуюсь, – шепотом.

– Разбудил тебя, млин. Мне учить надо, – запрокидываю голову и тяжело вздыхаю. Как же не хочется шевелиться. Двигаться. Лежать бы так. С ней. Хотя бы трое суток. Или там, пару лет.

– Тогда иди.

Закидывает на меня ногу, подтягивает повыше.

– Щас, ага. Минуту.

Хихикает. Обнимаю крепко, поглаживаю. Юля пахнет вкусно, мне всегда нравилось. Всё это вкупе с прикосновениями, тяжестью ее веса, шепотом — действует. Лежу, впитываю. Контраст после койки в ментовке ошеломительный. Ей после больницы тоже дико, наверное.

Юля прокашливается и тихо спрашивает:

– Ты правда думаешь, что наша с тобой любовь — это банальная химия? Гормоны. Физиология.

Молчу недолго. Ну не дурочка же она у меня, чтобы лапшу вешать. Выдаю честно:

– Какие, блть, сомнения.

Иногда казалось, что захлебнусь и сдохну. Сейчас вон тоже подкатывает.

– А если между людьми нет химии?

– Хм. Если не совпадают, не тянет, не хочется, то для чего вообще? Так, на раз. А смысл? Типа забыться.

– Типа да. Жутко, не хочу.

– Что за мысли, блин, вообще? Куда ты намылилась, беременная?

Юля прыскает, прижимается, будто разволновалась.

– Уже всякое в больнице думала. Знаешь ведь. Если бы я потеряла его, мы бы расстались.

– Не расстались бы, – отвечаю. – Уже бы нет.

– Поклянись!

– Клянусь. Люди после разрывов не сходятся. А если да, то жизнь их начинает напоминать ад, я видел такое у брата. У нас иначе с тобой.

– На ад мало похоже, – улыбается, делая вид, что оглядывается.

– В аду холодно, он замерзший.