Почти скандал (СИ)

– А для чего ему, если он охотиться исключительно на лук такие мощные лапы? Лук ведь никуда не убегает?

- Наверное, потому что за ним часто бегают! – подметил дракон. – Он вынужден спасаться бегством. Не всем нравится, когда жрут их лук.

Логично!

- А зубы? Чтобы прожевать луковицу много зубов и ума не надо! – заметила я, проклиная хорошее зрение.

- Так это для тщательного пережевывания. Или для того, чтобы откусить половину руки тем, кто на его луковицу претендует! – улыбнулся дракон.

Это в молодости я трусливой была.

Наверное, потому что зрение было стопроцентным. А как зрение падать начало, так вообще страх потеряла. Помнится, собачка ходила у нас по огородам. Облезлая. Я ей на газетке еду выносила. Ну жалко животинку, ну ей богу! Худосочная, горбатая… Лысая, как крыса. Два месяца я ее кормила. Даже пару раз гладила. Бедная, говорю, выбросили на улицу, небось, злые люди. Я тебя взять не могу! У меня дома дед! Он конкурентов не любит. А потом в газетах писали, что в нашем районе чупакабру какую-то видали. Говорят, на людей бросалась. У Светки половину кур передушила. У Семеновича кроликов передушила всех. И самогон выпила. Ну, он так сказал. Я точно не знаю!

- И чем ее изводить? – спросила я, в надежде, что дракон что-то знает про местных вредителей."

"- Видимо, целой деревней, - заметил он. – Или драконом.

- Вот знаешь, хочешь ты или нет! Но после такого ты со мной на грядке работаешь, понял? Не хватало, чтобы меня колорадские жуки утащили! – потребовала я у дракона.

- Ладно, ладно! – нехотя согласился он, тоскливо глядя на свежую грядку, где уже что-то обильно зеленело. Ну хоть здесь удача не отвернулась от нас! Росло все с той же скоростью, за что я была благодарна судьбе и магии.

- Ты меня услышал, да! – прищурилась я, чувствуя, что не так уж и хочу портить чужой завтрак, чтобы самой не стать им.

У меня же снова зрение хорошее. От того и страшновато. Раньше хорошо было! Прищурился сквозь очки, мол, ты че такое? Ты че за чупакабра? А! Дед! Просто ревматизм скрутил!

Лукоед осмотрелся, выкопал крупную луковицу, поддел ее когтем и ловко закинул в пасть.

Сначала послышался жуткий надрывный кашель, потом лукоед стал тереть морду, потом он упал на грядку, несколько раз дернул задними лапами и, видимо, отбросил концы.

- Ну и славно! – выдохнула я с облегчением. И тут же спохватилась! Что значит, славненько! Это что он сожрал такое, что его так скрутило?

- Нифуя и луку мешок, - вспомнила я.