По зову сердца

Нина хорошо слышала разницу, но не знала, как нужно, а Власта знала, как должна правильно звучать октава, но звуки деревяшек для неё не были привычными, и она несколько терялась.

Только после обеда, придя снова к мастеру, они достигли согласия. Господин Хонза приступил к дальнейшей работе и на следующий день ксилофон был готов и сох после покраски. Мастер занялся палочками, а Нина не могла дождаться, когда сможет показать инструмент Имричу.

Прямо с утра она побежала к Хонзе, чтобы расплатиться за труды, хотя он ни разу не упомянул о деньгах, и забрать ксилофон.

–Доброго утра господин Хонза, как наш инструмент? Уже можно опробовать?

Мастер слегка удивился, а может Нине показалось.

–Забава ваша высохла и звуки издаёт интересные, но леди Эвзен уже забрала его.

–Леди Эвзен? – недоумение на лице леди, смутило мастера. Неужели он сделал что-то не так?

–Ваша подруга, леди Власта Эвзен, – Хонза чуть покраснел, от того что вслух назвал по имени юную прелестницу.

–Надо же, – Нина не знала, что сказать, и мастер решил помочь ей.

–Она расплатилась со мной, довольно щедро. Я не хотел брать, ведь забава, но она сказала это важно, чтобы инструмент правильно зарегистрировали.

–В нашем городе есть такая услуга? – словно бродя в тумане, землянка спрашивала, а сама пыталась осознать, что её развела малолетка.

–Не то чтобы есть, но управляющий лорда Ветуса, господин Джул имеет право регистрировать и отправлять документы в столицу. Если штука, которую я сделал, будут покупать, то леди Эвзен будет получать доход с неё.

Сказал и сам, наконец, понял, что произошло.

–Как же так леди, ведь вы вроде вместе, а она одна... Простите меня, отдал, я же не думал, что это всё серьёзно... думал забава...

На мастера было жалко смотреть. Он не ожидал такой хватки от чаровницы, леди огонька, как он иногда про себя её называл. Может он так не расстроился бы, если бы не побывал в положении, в котором сейчас оказалась леди Нарибус.

Сколько у него украли разработок лаков, улучшенных инструментов, креплений.

Просто Власта мечтала о свободной жизни, а разговоры про храм были ради красного словца, вдруг кто-то пожалел бы её, озаботился бы решением проблемы, подсказал бы что."

"Упустить шанс стать изобретательницей, она не могла.