По зову сердца

В королевстве очень развито кондитерское искусство, а мы дополним его шоколадом! Это очень вкусная сладкая штука изготавливается из этих бобов, и она имеет огромное значение в мире сладостей. Да мы внесём новое слово в мире конфет!

Селвин поцеловал дочку, уставившуюся на чем-то обрадованную маму.

– А ты обещала написать сказку о своей родной земле, – неожиданно напомнил Нине муж, и исчезло весёлое озорство из его глаз.

–Не хмурься, – провела она пальцем между бровей, – всё написала. Кем была, где жила, как сюда попала, как замуж вышла.

–Разве оно закончилось? У нас ещё есть, что посмотреть. На другую сторону горы  не хочешь?

–Нет, Сэл, не хочу, причём из-за тебя. Ты так старался любовь моя, что я снова в положении, но предупреждаю тебя сразу, что пока не подрастут дети, больше не жди от меня малышей! Я приму меры!

–Но Нинуля, посмотри какая у нас славная малышка, пусть будут ещё... и ещё!

–Сэл! Нет! Куда ты торопишься? Дай сыновей в мир выпустить, пристроить их.

–Да они уже взрослые.

–Не все, и не такие уж взрослые. Со старшими хлопот больше, чем пока они подростками были! Подумать только, не хочу учиться, хочу жениться!

Имперо и его жена стояли и препирались, малышка оставляла свои отпечатки на снегу, пока Нина не обратила внимания на проходящую мимо крупную фигуру.

–Бун? – удивилась она.

–Что моя радость, разве я бунтую?

–Да нет же, смотри, вон тот парень, что тащил нас с Мируной, когда я первый раз во дворце была, – забеспокоилась Нина.

–Бун? – как-то чрезмерно удивлённо переспросил Сэл.

–Да, – подтягивая дочку к себе от мужа подальше, тем самым выражая ему полнейшее недоверие в этот самый момент.

–Э, снежиночка, тут такое дело. Он на шахте при завале огромную глыбу держал, пока все рабочие не выскочили, вот я и подписал его перевод на новую работу. О нём очень хорошо отзывались. Здесь ведь тоже тяжелый труд,  но всё же не глубоко под землёй. Но если ты против, то переведу его ещё куда-нибудь.

–А правнука Варина, тоже уже перевели? – нахмурилась Нина.

–Нет, радость моя, он остался в шахтах. Никто о нём и слова доброго не сказал, и я не могу ему облегчить работу.

Нина смолчала. Ей было бы неспокойно, если бы того юнца Варина выпустили, как Буна. И на здоровяка-то большой радости смотреть не было, мало ли к кому он ещё под влияние попадёт, так, что напрасно Сэл оправдывается. Он намного лояльнее её.

Они замолчали.