По зову сердца

–Мы собираем цебулярию и подкармливаем ею птиц, оставляя полоски, чтобы не было слишком темно здесь.

–А если дома в стеклянную вазочку эту цебулярию положить или посадить, она будет светиться?

–Как только мы её срываем, так свечение пропадает, а высаживать дома... не знаю, я не пробовал, но вряд ли она приживётся, слишком специфические условия для роста у неё.

Круль вёл гостью всё дальше и дальше. Оглядываясь назад Нина уже не видела входа и казалось, что она переместилась на диковинную планету. Мороз спал, она расстегнула шубу, но холод ещё ощущался.

Вскоре стали попадаться другие ледяные. Некоторые из них спокойно работали, аккуратно счищая широким совочком грибы со стенок и укладывая их в короба. Другие проявлялись то тут, то там, и было понятно, что они задействуют свою феноменальную скорость для работы.

–Мы сейчас проходим мимо оборудованной комнаты, где сборщики могут передохнуть, перекусить и набраться сил. Стены здесь отделаны адамасом, – пояснил круль и замер, о чём-то задумавшись.

–Сел, что-то случилось? – тронула его за рукав Нина.

–Знаете, я всё не отпускаю мысль из головы, что неплохо бы нам иметь своих ропаков на территории королевства. Смотрю на эту комнату и думаю, что можно же обязать каждого путешественника оставлять кусок адамаса в общем доме и тогда со временем можно было бы оборудовать такую же комнату."

"–Замечательная идея, – похвалила девушка, – жаль, что у вас этого камня мало, то есть много, но в то же время в дефиците...

–Знаете, у вас на перешейке есть этот камень, – неожиданно поделился круль.

–На перешейке? Но почему же вы его не попросили добывать?

–Разве вы согласились бы? Да и какую цену назначили бы?

–Но..., пожалуй, вы правы, хотя знаете, Керидский не стал бы вредничать, он своеобразный, но с ним можно договориться, а вот король... он блюститель своей, общегосударственной политики. Зачем ему ваше усиление? Но, – лукаво улыбнулась леди, – иногда, чтобы решить небольшие проблемы совсем ни к чему привлекать сильных мира сего! На перешейке полно повсюду бегающих детей, подростков, и если бы ваши путешественники платили по несколько монеток за тачку вашего камня, а потом бы ваши путешественники везли его в столицу, то это назвали бы странностью, но не более.

Селвин посмотрел на Нину, а она смутившись, продолжила.

–Конечно, это возможно, если камень выходит на поверхность или близко от неё.

–Я не знаю, выходит ли он на поверхность, но это выяснить несложно.