По зову сердца

Ей не предложили покои мужа, не обустроили в срочном порядке смежные с ним покои, а пригласили в комнаты, расположенные всего лишь, напротив.

Леди Керидская придирчиво осмотрела роскошное помещение и когда до неё дошло, что её как бы отделяют от супруга, то нехотя вышла посмотреть смежные комнаты с герцогскими апартаментами. Там было тоже всё красиво, удобно, богато.

–Меня всё устраивает, – душевно улыбнулась Нина, а леди Куштим отреагировала так, как будто ей улыбнулся крокодил.

«Теперь постарается с горничной нагадить», с досадой поняла девушка, но с дороги действительно хотелось отдохнуть, ощутить, что движение и лёгкие потряхивания закончились, что можно понежиться в горячей воде и не бояться простыть на сквозняках.

Родственница герцога прислала двух горничных, молчаливых женщин, которые выполнили свою работу без нареканий. Одна начала разбирать сундуки с одеждой и развешивать её на манекены-вешалки, вторая взялась за подготовку ванны.

Нина последила за одной, потом за другой, ничего подозрительного не приметила, хотя ощущала себя как при французском дворе из фильмов про Анжелику. Она дождалась, когда горничная готовящая ванну, сунет туда руку, для проверки теплоты и убедилась, что кислоту ей туда не подсыпали. Нина обозвала себя психом, а потом похвалила за бдительность, больно уж сильное на неё впечатление произвела леди-хозяйка, не грех проявить излишнюю осторожность.

Горничные, закончив свои дела в покоях герцогини, в подробностях доложили свои впечатления о ней леди Куштим, но более, никому ничего не рассказывали.

Нина привела себя в порядок после ванны, не пользуясь помощью своих горничных. Посмотрела, как разложили её наряды, поинтересовалась о кавалергардах, сопровождавших её, поняла, что они нигде не пропадут. Сообщила, что поужинает у себя и в мелких хлопотах завершила день.

Глава 12. Крепость. Ежегодная встреча ледяных с представителем герцогского рода, т.е. Ниной.

Утром Нина подскочила ни свет, ни заря. После употребления воды из озера энергия в ней била ключом. Только учась в институте она могла бегать целыми днями по делам, а на ночь глядя, бежать ещё на танцульки. Пока ехала сюда, то в домике, пользуясь полным одиночеством, она без конца разминалась, здесь же появилась жажда не просто скакать, приседать, а делать что-то полезное.