За его спиной

Когда ты рядом, вообще не больно…"

"На экране пискнуло сообщение, и Бродяга, поймав себя на том, что опять отвлекся на рассматривание Ляли, весело готовящей завтрак, одновременно болтая с основательно помятой за ночь с Хазаром нянькой и вполне довольным жизнью сыном Хазара Ванькой, сцепил зубы и силой воли заставил себя повернуться к экрану. Глянул, нахмурившись, сел ровнее.

И потянулся к телефону, возбужденно скалясь.

Понеслась!

Глава 40

Я рассматривала Аню, невысокую, больше похожую на очень симпатичного парнишку, девушку, с короткими светлыми волосами, стараясь быть веселой и легкой, привычно прячась за любимую маску ласковой пустоголовой няши, но в глубине души царили смятение и страх.

Конечно, они никакого отношения к самой Ане не имели, про нее как раз все понятно было. Утомленный вид, темные пятна на светлой коже, так похожие на мои, когда Бродяга ночью увлекался и причинял сладкую, томительную боль своими губами. Тревога и боль во взгляде. Ничего иного я от женщины Хазара и не ожидала.

И именно по поводу этой обстановки и мучил меня страх, так тщательно скрываемый.

Потому что за время нахождения здесь, в доме Хазара, я успела не только умереть и воскреснуть в руках моего Бродяги, но и кое-что услышать, а также много чего понять и додумать.

И Бродяге вообще не требовалось со мной делиться чем бы то ни было, я же не дура, сама все поняла.

Появление Ани и сына Хазара, Ваньки, каким-то образом послужило катализатором в истории с заводом щебня, и все пошло не только не по плану, но явно свернуло в опасное русло, учитывая состояние моего Бродяги.

Хазар и Каз не показывались с утра, но Бродяга был с ними постоянно на связи, значит, координировал операцию, реагируя на постоянно меняющиеся условия.

Ох, как мне хотелось сейчас отвлечь Бродягу от ноута и самой глянуть на данные в его экране, оценить ситуацию!

Но это было нереально, конечно же, приходилось просто отслеживать происходящее и делать выводы… Верные, или нет, это уж история покажет…

Аня выглядела подавленной и потерянной, и мне искренне хотелось ее утешить.