По ту сторону жизни

Сам по себе Игнатьев никакой – министр МГБ из него, как из дерьма противотанковый снаряд, что пока всех устраивает. А дальше? А дальше неизвестно, как дело обернётся и лучше иметь на него компромат, чтобы в нужный момент вытащить его и потянуть, и размотать. Глядишь, и сподвижников зацепишь… И «если мелкие шалости» могут министру проститься – с кем не бывает, – то развал работы государственной безопасности вряд ли. Тем более такие вопиющие провалы на Западе! И если всё это как следует раздуть…

Вот такой хоровод образовался из «беглых зэков», «Оборотня», министра МГБ и его покровителей.

Раздался звонок. Не просто, а «вертушки». Товарищ Берия быстро подошёл, снял трубку.

– Да! Слушаю!"

"– Здорово, Лаврентий, это Никита. Ты сегодня к «Хозяину» на Ближнюю дачу едешь?

– Конечно, еду, дорогой! Зачем спрашивать? Всё, как договаривались.

– Тогда мы ждём…

Лаврентий Павлович захлопнул папочку, закрыл папочку в сейфе и закрыл комнату, где стоял его сейф, на ключ… Чтобы скоро туда вернуться. Обязательно вернуться…

* * *– Выходи строиться!

– Куда?

– На кудыкину гору киселя хлебать! А ну, живей!

Тридцать человек, тридцать зэков выстроились на плацу. Остальные остались в бараках, их черед еще не наступил.

– Равняйсь!

Разобрались привычно, выровняв мысочки. Десять, пятнадцать, а кто и двадцать лет вот так, строем и в строю – пять лет на войне, а после по зонам. В ногу, шеренгой по трое-четверо – на общие, в столовую, в баню, в барак. Привыкли. Без строя зэк, как голый на площади.

Стоят зэки, ждут чего-то – чего сами не знают. Жизнь их сплошное ожидание – амнистии, нового срока, вызова к куму… Чего гадать – всё равно не угадаешь! Может, вот теперь им объявят, что в честь очередной годовщины их распускают по домам, а может, зачитают приговор, который – в двадцать четыре часа и до вечера еще прислонят к стене барака.

Стой зэк и не гадай, не рви душу пустыми надеждами, не пугай себя привычными страшилками. Не верь, не бойся…

– А ну, подберись!

От штаба командиры идут – «Абвер», «Партизан», «Кавторанг»… И гражданский с ними. Встали перед фронтом. Вперёд «Абвер» вышел.