По воле короля

Мы поставим с вами в ряд тройку своих прилавков. Мастер Смолл, предусмотрите место под обеденные столики под навесом. Предлагаю торговать жареными колбасками и пивом, как принято в Карабосе.

— И мясом на прутиках, и лепёшками с масляным соусом с чесноком, — мастер даже облизался, вспоминая любимые блюда. Лиссандра понятливо улыбнулась Смоллу, а сама подумала, что не отказалась бы от молочной каши, распаренной в печи.

— Для женщин и детей — сладости и сдобные калачи. Помните, такие, завёрнутые в узелок, — общих воспоминаний со Смоллом оказалось достаточно.

— Мне нужно на кухню, — пришёл к выводу повар её Светлости. Лиссандра вдруг приуныла, вспомнив убогую кухню, и в то же время воспряла духом, рассматривая, как мастер, несмотря на усталость после тяжёлой дороги, рвётся в бой.

— Обязательно. Но прежде вы встретитесь со своей супругой и… мастером Вигором. Он, знаете ли, очень вас ждёт. Только вы его не слишком обнимайте на радостях. Он немного не в себе с сегодняшнего утра.

Глава 35. Дела… дела…

Дорога назад, к замку, заняла гораздо больше времени.

Герцогиня вела с мужчиной неспешную беседу, по ходу заполняя пробелы в знаниях о жизни в Стоунберге. Никакого приюта для калек не было. Герцог Гренстон, правда, платил тем воинам, которые лишились какой-то части тела в завоевательных походах. Кто-то из них уезжал навсегда из замка и оседал в окрестных селениях, кто-то оставался здесь.

Если Лиссандра стеснялась высказываться супругу насчёт того, что не видит в крепости порядка, то капитану она могла говорить всё, что угодно.

— Почему крепость доступна для посторонних? — вопрошала Лиссандра. — Лорд Бейли не может указать точное количество людей, проживающих в замке, только потому, что люди перемещаются бесконтрольно.

— Так повелось со времён деда милорда, — капитан недовольно поджал губы, но речи герцогини терпел. — Никому не отказывать в приюте. Давать хлеб и возможность заработать на хлеб.

— А воины? Почему они пьянствуют среди белого дня?

— Только те, кто в увольнительной. У нас с этим строго.

— Но они были в форме! — возмутилась Лисса. — Не отличишь, на посту воины или на отдыхе.