По лезвию грани

В доме внезапно воцарилась тишина.

— У вашей жены развивается остеопороз, у вас увеличена простата, а у вашего младшего сына нет СДВГ, как мне сказала ваша жена, у него гипертиреоз. Если вы хотите, чтобы какие-либо из этих проблем были решены в будущем, вы перестанете хлопать меня по плечу и говорить мне, чтобы я не напрягала свою хорошенькую маленькую головку. Вы сейчас же соберете эту толпу и поедите за мной, или, да помогут мне боги, я превращу вашу жизнь в ад. Вы думаете, что те боли, которые вы чувствуете сейчас, плохи.

* * *ТЮЛИ застыла в ее объятиях.

— Не смотри, — шептала Элеонора.

Дейзи вертелась, пытаясь вырваться.

— Нет! Нет, нет, нет…

Работорговцы повалили ее на землю и прижали к краю тротуара.

Сверкнул нож. Дейзи закричала бессловесным, резким криком боли.

— Левый мизинец, — объявил работорговец. — Ты собираешься замуж? Потому что я собираюсь отрезать безымянный палец.

Тюли дернулась, пытаясь вырваться из объятий Элеоноры.

— Прекрати! — Элеонора попыталась удержать ее, но девушка дернулась, как дикий зверь, внезапно оказавшись слишком сильной, чтобы ее можно было удержать. Элеонора схватила ее, стараясь остановить, на что Тюли в панике забрыкалась, толкая их к окну.

Раздался выстрел. Стекло разлетелось вдребезги, и что-то укусило Элеонору в плечо, прямо в кость. Ее пальцы соскользнули, внезапно ослабев. Тюли оттолкнула ее и поползла к двери.

— Нет! — закричала Элеонора.

Тюли выскочила из двери на лужайку.

Элеонора рывком открыла дверь.

— Стой, Тюли!

Обжигающая, пронзительная боль поразила Элеонору в грудь, отдаваясь в спине. Она потеряла равновесие и упала на крыльцо, наполовину скрывшись за деревянными перилами. Внезапно стало так трудно дышать. Воздух стал горьким. Они стреляли в нее, поняла она. Она начала притягивать к себе силу. Магия приходила медленно, как холодная патока.

У охранных камней Тюли обернулась и посмотрела на нее широко раскрытыми, испуганными глазами.

— Тюли, да? — спросил покрытый шрамами работорговец. — Не смотри на нее. Послушай. Это твоя подруга? Может, сестра, да? Нет? Значит, сестра.

— Отодвинешь охранный камень, и они убьют нас, — заорала Элеонора.

— Даю тебе слово, — сказал работорговец. — Никто не будет убивать вас.

Магия продолжала обвиваться вокруг нее. Недостаточно. Этого было недостаточно. Она поняла, что слишком стара. Слишком стара и слишком слаба. Она пережила свою силу.