По лезвию грани

— Как ты собираешься помешать им попасть на корабль?

Ричард улыбнулся.

— Джордж дал мне слово. Честь для него очень важна.

Как может умный человек быть таким идиотом?

— Ричард, ты почувствовал, сколько магии потратил этот мальчик? Если он так заботился о своей бабушке, какое-то слабое представление о мужской чести не помешает ему отомстить.

— Миледи, мы же договорились, что вы не станете меня заваливать вопросами.

— Милорд, это закончится катастрофой.

Он улыбнулся узкой сардонической улыбкой.

— Тогда ты скажешь мне: «Я же тебе говорила».

Все равно, что спорить с кирпичной стеной. Шарлотта открыла дверь и вышла.

Она должна была помнить, зачем она это делает: она жертвовала и убивала, чтобы никто больше не страдал так, как сейчас страдают эти дети. Она разберется с Ричардом и попадет на этот корабль. Когда она закончит, работорговцы станут не более чем страшной историей.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

НОЧЬ наступила слишком быстро, подумала Шарлотта, поглаживая морду лошади. Она стояла под дубом.

"Около половины людей Джейсона, те что были «работорговцами», были одеты в разнообразные кожаные одежды и носили оружие. Другая половина, в основном женщины, были в грязной одежде, деловито пряча ножи и дубинки под юбки и рубашки.

Ричард был где-то там, готовился. Джордж и Джек укрылись на хорошем наблюдательном пункте, готовые сыграть свою роль в миссии. Они с Ричардом высадили Дрейтонов в полумиле отсюда, и Ричард строго приказал им держаться подальше, на что оба подростка ответили, что не в первый раз.

— Красиво, — произнес Джейсон рядом с ней.

Пес тихо зарычал. Она погладила большую черную голову.

Шарлотта не слышала, как подошел Джейсон. На нем был монашеский капюшон. Полоски белой краски пересекали его нос и щеки, а горизонтальная черная полоса темнела вокруг глаз. Он выглядел устрашающе.

— Разве ты не должна присоединиться к ним? — Он кивнул на рабов.

— Полагаю, что должна. — Она подошла и заняла свое место между двумя «рабынями».