Плохой для хорошей

Я даже не знала: это больше приятно было слышать или обидно…

— Дурацкая логика и разделение по рангам… — пробурчала я, а он снова усмехнулся, но ничего не ответил и ушел в свою спальню.

Я же вздохнула и принялась стелить постель.

Во время этого меня снова накрыла обида: и на Назара, который так равнодушен ко мне, чтобы я ни делала, и к Егору, который обещал меня забрать, но не приехал, и на Нодара, который напугал меня и обидел уже как девушку…

Слёзы опять сами собой побежали по щекам, мне было себя жаль.

Хотелось, чтобы утро уже наступило побыстрее.

Толку от того, что я нахожусь здесь, рядом с ним? Ему всё равно, он мечтает лишь о том, чтобы я поскорее убралась отсюда.

Когда Назар неожиданно вышел в гостиную, я как назло особенно громко хлюпнула носом. Парень тут же направился ко мне, а я попыталась спрятать слёзы слабости и обиды, но, конечно же, у меня ничего не получилось.

— Ты плачешь, что ли? — спросил он, присаживаясь рядом со мной на диван.

Странно, что его вдруг это заинтересовало.

— Да, — пожала я плечами. И так ведь видно и слышно, к чему спрашивать? — Плачу.

— Почему?

— Из-за всего этого… — тихо ответила я. — Нодар… Меня напугал. Я ничего не делала, чтобы он решил, что со мной можно вот так… Не давала ему никакого повода.

— Твоё короткое платье за тебя это сделало, — буркнул Назар. — Как ни крути, а это провокация и призыв к действию.

— Какому?

— Ты серьезно, Лесь? — снисходительно посмотрел он на меня. — Не понимаешь?

— Нет.

— Мда… — вздохнул парень. — Да ты ещё больше ребёнок, чем я думал. Ну, грубо говоря, надевая такое платье и с таким поведением, какое у тебя было вечером, ты как бы сообщаешь невербально, что ищешь себе на одно место приключений и случайные связи.

— Да? — удивлённо посмотрела я на него. — А почему?

— Ну потому что такие атрибуты, как короткие платья и каблуки, и созданы для того, чтобы соблазнять.

— Ладно… Буду иметь в виду.

— И платье это… Не надевала бы ты больше.

— Не буду…

— Вот и правильное решение. Ладно… Спи ложись. Тут тебя никто не тронет.

Я снова поёжилась, вспоминая касания Нодара, которые мне были неприятны.