Пленница

Какую-то секунду она, казалось, висела в воздухе, а уже в следующий миг её захлестнуло другой гигантской волной. Я услышала душераздирающие вопли, шлюпка показалась вновь, её вновь подкинуло вверх волной. Она стояла как бы перпендикулярно воде. Я увидела, как людские тела рухнули в море. Затем шлюпку отбросило в сторону, и она перевернулась. В опрокинутом виде она держалась на воде, пока море не отшвырнуло её прочь, как ребёнок отбрасывает в сторону надоевшую ему игрушку.

Я видела головы людей, выныривающих на поверхность.

Минуту, казавшуюся бесконечной, они держались над водой, потом исчезали.

Вдруг я услышала голос своего спасителя:

— Глядите-ка, кто-то плывёт к нам.

И в самом деле, неподалёку от нашей лодки вдруг показалась голова мужчины.

— Давайте возьмём его с собой! Поскорей, а то он пойдёт ко дну и потянет нас за собой.

Я протянула руки. Меня охватило сильнейшее волнение, ибо человек, пытавшийся ухватиться за нашу лодку, был не кто иной, как Лукас Лоример. Нам не сразу удалось справиться со своей задачей.

Когда Лукас оказался, наконец, в лодке, он рухнул ничком и остался лежать совершенно неподвижный. Мне хотелось крикнуть ему: «Поднимайтесь! Вы в безопасности!» Но в голову тут же пришла другая мысль: разве можно говорить о безопасности в нашем положении!

Мы повернули его на спину. Узнав, кто это, матрос закусил губы, а затем крикнул мне:

— Он очень плох!

— Что мы можем сделать?

— Этот человек — наполовину утопленник.

Склонившись над Лукасом, он стал выкачивать воду из его лёгких.

С помощью искусственного дыхания он пытался спасти Лукасу жизнь, но и сам не знал, как долго сможет продолжать эту нелёгкую работу.

Хорошо, что наше внимание сосредоточилось на чём-то. Попытки матроса явно приносили результат — Лукас стал больше походить на живого.

Я заметила, что с его левой ногой что-то не так. Время от времени он протягивал к ней то левую, то правую руку и дотрагивался до болезненной точки. Сознание ещё не вполне вернулось к нему, но он чувствовал — что-то не в порядке.

— Больше не могу, — пробормотал наш спаситель.

— Как вы думаете, с ним всё обойдётся?

В ответ он пожал плечами.

* * *Прошло, наверное, часа два, прежде чем ветер начал ослабевать. Сначала мы только почувствовали, что порывы налетают на нас не так часто, как прежде. И мы всё ещё были на плаву!

Лукас не открывал глаз. Он лежал на дне лодки, совершенно инертный. Другой мой спутник возился с нашим судёнышком.