Пленница

— А своё вы определили?

— Я сейчас этим занят.

— Поместье вашего брата находится в Корнуоле?

— Да. Так случилось, что оно расположено неподалёку от того места, о котором в последнее время столько писали газеты.

— Что вы имеете в виду?

— Вы читали о молодом человеке, которого чуть было не арестовали, но он скрылся?

— Ах да, припоминаю. Его звали Саймон, фамилию не помню. Кажется, Пэрриваль?

— Совершенно верно. Он получил эту фамилию от человека, который его усыновил — сэра Эдварда Пэрриваля. Их дом находится милях в шести-восьми от нашего и называется Пэрриваль Корт.

Великолепный старый барский дом. Я побывал там однажды, очень давно. Это было связано с какими-то делами, которые затевал мой отец и которые как-то касались всей нашей округи. Сэр Эдвард проявил к ним интерес. Я ездил к нему вместе с отцом. Когда я прочёл в газетах о преступлении, мне живо вспомнилась та поездка. Там жили два брата, и был ещё приёмный сын. Мы были потрясены, когда прочли о случившемся. Трудно связать подобное событие с людьми, которых знаешь, хотя бы и поверхностно.

— Как интересно! У нас дома об этом было много разговоров. Конечно, я имею в виду прислугу, а не моих родителей.

Пока мы разговаривали, мимо нас прошёл мойщик палуб, кативший перед собой тележку с бутылками пива.

— Доброе утро! — окликнула я его.

Он кивнул мне и продолжал катить свою тележку.

— Ваш приятель? — спросил Лукас.

— Это тот самый матрос, который драит палубы. Помните, он был в винном погребке.

— О да. Припоминаю. Какой-то у него хмурый вид, вы не находите?

— Пожалуй, он слишком сдержан.

Может, им не положено разговаривать с пассажирами?

— Что-то он не похож на других.

— Да, я тоже нахожу. Он редко говорит что-нибудь, кроме «Доброе утро», да ещё иногда произнесёт несколько слов о погоде."

"Мы выбросили матроса из головы и заговорили о другом. Лукас рассказал мне о поместье в Корнуоле и кое-что об эксцентричных людях, живущих там. Я рассказала ему о нашем доме и «номерах» мистера Долланда. Он смеялся над моими описаниями нашего кухонного быта.

— Вам, кажется, всё это доставляло большое удовольствие?

— Да, мне, можно сказать, повезло.

— А ваши родители знают обо всём этом?

— Их не больно-то интересует что-либо, происшедшее после рождества Христова.

Мы продолжали болтать в этом духе.

На следующее утро, когда я на заре заняла своё место на палубе, я заметила молодого матроса, но он ко мне не приближался.

* * *Мы шли к Кейптауну, и ветер весь день крепчал.