Влюбленный повеса

— Сколько, говорите, их было? — спросил Джереми.

— Три. Первой девочке было всего десять лет, она обманывала меня дольше всех. Через пять лет явилась другая. Еще через два — третья. Мне казалось, их находит и обучает кузен Роберта — он давно мечтал завладеть его поместьем и титулом. Когда его попытка объявить Дэнетт мертвой провалилась, он прибег к последнему средству — нашел новую Дэнни, которой он мог управлять или от которой мог избавиться, чтобы доказать, что ее нет в живых.

— Я как раз об этом думал, — признался Джереми.

— Он добивался этого и пришел в ярость, когда его прошение отклонили. В то время еще была жива моя бабушка, а она дружила с судьей.

— Кузен — единственный родственник вашего мужа?

— Да. Они приходились друг другу троюродными братьями, к тому же сводными, потому титул и должен был перейти к Дэнни и ее детям. Но кузен добился бы своего, если бы провозгласил ее умершей прежде, чем у нее появятся свои дети.

Дэнни покраснела.

— Пока нет.

— Но скоро будут, — с усмешкой подхватил Джереми. Эвелин вздохнула:

— А отложить свадьбу нельзя? Я только что нашла ее и теперь опять теряю…

— Нельзя, зато вы можете поселиться у нас в Лондоне, — предложил Джереми.

— Благодарю за великодушное предложение, — отозвалась Эвелин. — Но докучать новобрачным я не стану. А в Лондон переберусь, чтобы почаще видеться с Дэнни. Наш прежний городской дом разрушен. Как вспомню, что там случилось… — Она вздрогнула.

— А я тот дом совсем не помню, — призналась Дэнни."

"— И неудивительно. В тот раз мы впервые привезли тебя в Лондон. Несколько дней мы ходили за покупками, а еще няня водила тебя гулять в парк. Поэтому дом ты и не успела запомнить. А потом явился убийца. Я тоже погибла бы в ту ночь, если бы моя бабушка, не сломала ногу. Мы с ней были очень близки; кроме меня, у нее никого не осталось. Мои родители умерли, когда я была еще девочкой, меня вырастила бабушка.

— Значит, вы в то время были здесь?

— Еще не успела добраться до поместья — из Лондона я выехала в разгар дня. Но страшные вести вскоре донеслись до меня. Я чуть не обезумела от горя. Роберта я любила всем сердцем. Мы знали друг друга с детства. Его фамильное поместье находилось неподалеку от нашего. В Лондон я отправилась только для того, чтобы поторопить его.