Пламя и кровь

«Глядишь, и леди Бейелу в морские жены возьму, – со смехом говорил лорд Далтон своим капитанам. – У меня их, правда, двадцать две штуки, но сребровласой ни одной нет».

Мы столь часто читаем в истории о королях, королевах, великих лордах, благородных рыцарях, святых септонах и мудрых мейстерах, что порой забываем о простых людях, живших в одно время с сильными и великими. Между тем время от времени кто-то из этих мужчин и женщин, не могущих похвастать ни родом, ни богатством, ни мудростью, ни боевым мастерством, вдруг поднимается над безымянными толпами и меняет судьбу королевств.

Далтон Грейджой в самом деле имел двадцать две морские жены. Четыре, две из коих родили ему детей, оставались на Пайке, другие были взяты в набегах на западный берег. Среди них числились две дочери лорда Фармена, вдова рыцаря из Кайса и даже одна Ланнистер (правда, не из Бобрового Утеса, а всего лишь из Ланниспорта), но большинство составляли скромные дочки рыбаков, торговцев и латников, доставшиеся Кракену после того, как он убил их отцов, братьев или мужей.

Ни на что из этого у нас нет ответа. Рассказы о сей женщине столь различны, что она скорее всего навсегда останется тайной в анналах истории.

Красный Кракен погиб накануне своей величайшей битвы, и не от вражеского меча, а от собственного кинжала в руке одной из его собственных жен.

Одержанные им победы ненадолго пережили его.