Питбуль для училки

– Только выйди отсюда, и я твоих родителей заставлю смотреть, как мы тебя все по кругу во все щели пустим, а их на твоих глазах на куски ре…

– Захлопнись! – Михаил вздернул Сергея за грудки и стал бить… ну вот теперь, очевидно, по-настоящему. Четкие, короткие удары, от которых моего мучителя швыряло, и он взвывал от каждого. – Лена, вон!

Выскакивая уже на улицу, я услышала тошнотворный влажный хруст и жуткий вопль мужа. А спустя секунд тридцать еще один. Я шарила ошалевшим взглядом по двору, выискивая тех, кто стал свидетелем всего этого ужаса.

– Прости за это, – сказал он, протирая от крови руки. – Не при тебе это надо было.

– Сергей… он…

– Жив. Еще. Но руку поднять на кого-нибудь сможет ой как не скоро. Ну все, поехали домой, маленькая.

Глава 19

Едва тронувшись, я первым делом набрал Боева, деля свое внимание между дорогой и отслеживанием состояния Лены. Рвануть ее может запросто и в любой момент.

– Отбой всему, нашлась, – сообщил алекнувшему в ответ Андрею.

Он ментовскими связями воспользовался, чтобы повсюду ориентировки и на ее тачку, и на саму Лену разослать.

– Цела? Помощь какая нужна? – без реверансов спросил тот.

– Цела. С остальным видно будет.

– Ясно. На связи.

– Боев!

– М?

– Я Серого поломал, – отчитался ему, заодно и предупреждая, что встрял уже безвозвратно.

– Ждем терки со свановскими? – почти равнодушно спросил мой собеседник.

– Есть вероятность.

Само собой, я не представлялся и в качестве жеста вежливости визиток недоуркам этим не оставлял.

– Понял. Серому туда и дорога. Мне тут про эту падлу друзья из ментовки такого порассказали… За ним шлейф в километр и все по тяжким статьям, но никакой доказухи и свидетелей. У*бок на всю башку отмороженный. – Как же ты, Лена, с ним столько жила-то? Хотя натура человеческая – та еще причудливая херня.