Письмо ни от кого

На столе перед Лаптем резко и противно зазвонил телефон.

– Алло, – недовольным тоном ответил помощник Почемучки.

Ему в ответ назвали кодовое слово.

– Это он, – зажав ладонью микрофон, Лапоть протянул трубку Почемучке.

– Говори, – велел Сергей Игнатович.

Минуту или две он молча выслушивал собеседника, буркнул «хорошо» и закончил разговор.

– Менты что-то затеяли, – сообщил он присутствующим. – Сегодня они собирались в укромном месте и приняли какое-то тайное решение относительно нас и «Борцов». Пускай копошатся, мы все равно на шаг впереди.

О звонках Почемучке Итальянец рассказал мне только на другой день вечером.

– Крыса у вас завелась, Андрей Николаевич, – с легкой усмешкой сказал он.

Я не стал возражать. Итальянец был прав. Кто-то работал на Почемучку, но этот изменник не присутствовал на совещании в «охотничьем домике», иначе бы он выложил Сергею Игнатовичу весь план проведения обысков.

– Задорожный еще жив? – спросил я.

– Пока жив, но лучше бы он умер. С ним серьезно поработали, когда пытались выжать информацию о «Белой стреле». Искать Задорожного бесполезно, его содержат где-то за городом, в садоводческом товариществе.

– Бирюкова они сегодня ликвидируют?

– Как только он выйдет с «Борцами» на связь, так подпишет себе смертный приговор.

«Да и черт с ним, с Бирюковым! – решил я. – Не буду его спасать, безопасность Итальянца мне дороже».

С места встречи с агентом я поехал на ГТС Кировского района.

– В любой момент, Андрей Николаевич, обращайтесь. Чем смогу, тем помогу.

Я не дергал должницу по мелочам, но сейчас выбора у меня не было. Задорожный, Бирюков, взрыв в кафе, война между мафиозными группировками – все это вторично. Главное – кто же изменник в наших рядах?

– Мне надо поставить на прослушивание один телефон, – сказал я директору ГТС. – Санкции прокурора у меня нет, разрешения от руководства тоже нет. Прослушка – это моя личная просьба.

– Давайте номер, Андрей Николаевич, я сама все сделаю, комар носа не подточит.