Пиратские войны

Наши моряки доберутся до колоний и о вашем пиратском судне доложат куда следует. Верно делает наш король, не доверяя русской императрице. Вот ведь как вы подло действуете в нашем тылу. Пытаетесь перерезать наши торговые коммуникации в Тихом океане!

— Прекращай разглагольствовать! — рявкнул Кузьма и дал ботанику по зубам. — А ну-ка, проклятый шпион, выкладывай, как на духу, где сейчас ваши корабли, показывай на карте! Сколько их, как называются, сколько на каждом пушек? Быстро отвечать! Убью! Запорю!

Англичанин одной рукой прикрывал срам, другой голову и трясся от страха.

Кроме того, ему было стыдно стоять без одежды под насмешливыми взглядами туземных красавиц. Однако практика показывает, что самым результативным и эффективным допрос получается тогда, когда допрашиваемый растоптан, унижен и выведен из душевного равновесия. А наиболее незащищенным человек себя чувствует, когда он оказывается без одежды.

— Пожалуйста, дайте мне штаны. Будьте так любезны! Сжальтесь.

— Может, тебе еще и бочонок с золотом подарить? — съехидничал Ипполит.

— Быстро давай показания, пока тебе есть что прикрывать рукой!

— Да-да! Я в молодости не раз кастрировал быков и кабанов! — добавил Худойконь, состроив свирепую физиономию. — Могу заодно и человека евнухом сделать. Ты будешь самым образованным евнухом в мире! Я тебя продам в гарем султана Брунея!

Ботаника всего затрясло, ноги у него подогнулись, он бухнулся на колени, заламывая руки и умоляя оставить его в живых и не калечить.

— Итак, старый знакомый, ты вспомнил, сколько корветов отправили на поиски Флетчера? — поинтересовался Серж.

— Дюжину.

— Неплохо, неплохо, — пробормотал казак. — Боюсь, у нас на всех пороховых зарядов не хватит.

— Ботаник, вот тебе карта, показывай на ней маршруты крейсерования. Да не перепутай, Кутузов!"

"— Как ты его назвал? Почему Кутузов? — изумился Ипполит. — Это какой именно Кутузов? Не Мишка случаем? Знавал я такого молодого поручика в давние времена. Толковый малый, не по годам рассудительный и серьезный.

— Генерал Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов. Он теперь без глаза, пулей вышибло, поэтому не все может увидеть, — пояснил Сергей. — Вот и появилась такая поговорка.

— А-а, Илларионович!.. Точно, именно с ним я и был знаком. Мы с ним частенько понтировали. Азарта в нем маловато, играл всегда по маленькой, много не проигрывал никогда. Понтер из него слабый. Говоришь, теперь он генерал?

— Да, будет наш Кутузов бить французов, — выдал Серега старый каламбур.