Пёс императора

Тайра редко терялась в окружающем пространстве. Но не когда оно кружилось, вертелось и переворачивалось и все звуки смешивались, превращаясь в жуткую какофонию, хаос, от которого хотелось зажать уши. И кровь текла носом, попадая в горло, и во рту стоял ее вкус, и от него тошнило…

– Папа, – шепнула Тайра и тут же закашлялась, сглатывая собственную кровь вперемешку со слюной и вцепляясь сведенными пальцами в плечи Моргана. – Па…

– Тихо, Тай, тихо. – Его голос, обычно спокойный, чуть дрожал.

Он встал, подхватив ее на руки, и от этого движения голова у Тайры закружилась сильнее.

– Нужна моя помощь? – обеспокоенно спросил Риан.

– Нет, оставайся здесь.

Морган быстро понес девушку в дом, и через несколько мгновений Тайра ощутила, что ее положили на постель. Она знала, помнила, что последует дальше, и в любой другой день испытала бы неловкость и стыд, но сейчас ей было безразлично. Слишком плохо для того, чтобы думать о таком.

Морган раздевал ее – быстро, проворно и уверенно, отбрасывая вещи в сторону, и замедлился только на секунду, перед тем как снять белье.

– Потерпи, моя ласточка, – сказал он глухо. – Нужно нанести мазь.

Тайра хотела кивнуть, но сил не хватало, голова по-прежнему кружилась, и сознание медленно уплывало, покидая бессильное тело. И девушка уже думала, что вот-вот отключится, когда ей неожиданно стало легче.

Отец растирал ее тело знакомой мазью. Она холодила кожу и неприятно пахла, но и снимала приступ.

– Почему это опять происходит? – прошептала девушка с трудом – голос еще плохо слушался. – Столько лет ничего, и опять…

– Не волнуйся, все пройдет. – Отец наклонился, забрал из ее ладони пузырек и погладил по волосам.

– Я чувствую. – Тайра слабо улыбнулась и потерла глаза. По телу разливалось приятное тепло. – Уже начинаю засыпать.

– Это замечательно. Спи и ни о чем не думай. Все будет хорошо. – Морган ждал некоторое время, прислушиваясь к дыханию дочери, и только когда убедился, что она действительно уснула, вышел из комнаты.

Риан не находил себе места.