Пятьдесят оттенков синего

 – Сейчас сдам предмет и пойду в больницу, на обследование. На каникулах нужно будет подлечиться."

"Покачав головой, я отправилась вслед за Лаурой к кабинетам, в которых проводились экзамены. С тревогой поглядывая на нее, я размышляла о том, где она могла подцепить заразу.

Вокруг царила привычная суета. Мелькали знакомые лица, слышался гул голосов, обрывки фраз. Кипела студенческая жизнь.

Расположившись на скамейке около нужных кабинетов рядом с Лаурой, что-то задумчиво выводившей на крионосителе, сделанном в виде пластинки, я спросила:

– Что-то случилось?

Подруга подняла на меня уставшие глаза:

– Нет, все хорошо, просто я плохо спала.

– Опять стычка с братом?

– И это тоже, – улыбнулась она.

После этого я стала выпытывать у подруги подробности ее поездки на планету-курорт, но она отвечала неохотно и односложно. Определенно, что-то случилось.

– Я такая зануда, что ты совсем не хочешь со мной общаться? – спросила я, пристально глядя на Лауру.

Коридор наполнился народом, скоро должен был начаться экзамен.

– Ты добрая и милая, – слабо улыбнулась она, – просто еще не нашла свою цель в жизни.

Я лишь покачала головой.

Сдавали мы с Лаурой в разных кабинетах, располагавшихся рядом друг с другом. Я прошла в первый, легко выбрала билет и быстро написала ответ.

Выполнив практические задания, задумчиво смотрела на вращающиеся модели молекул, вынесенные компьютером в голограмму, и отстраненно отмечала, что построение верное. Мысли все время возвращались к подруге.

Дождавшись оценки преподавателя, которую восприняла равнодушно, я выбежала из аудитории, надеясь порадовать Лауру, но коридор встретил меня тишиной.

– Что случилось? – спросила я.

Илая, ярко-оранжевая чиви, положила руку мне на плечо.

– Лауре стало плохо, пока ты сдавала. Она потеряла сознание, и ее госпитализировали.

– Куда? – прохрипела я, сильно испугавшись.

– В первую больницу.

Вирусология.

Сорвавшись с места, я понеслась на улицу, поймала машину и поехала к подруге.

Врачи меня не пускали, пока я не показала зачетку и не пообещала связаться с родителями Лауры, которая все еще была без сознания. Дожидаясь приезда ее родных, я сидела за стеклом и увидела, как она, открыв глаза, слегка мне улыбнулась. Бледная, измученная. Я догадывалась, как ей плохо.

К ней в палату меня не пустили: подруга была заражена вирусом и представляла опасность для окружающих.