Пикник на острове сокровищ

Один Владимир Иванович сохранил способность изъясняться более или менее внятно.

– Ванек, это ты? – выдавил он из себя.

– Я, – подтвердил ваш покорный слуга.

– Живой?

Глупость вопроса меня рассмешила.

– Конечно, с какой стати мне умирать?

Отчим деликатно покашлял, потом сердито заорал:

– Голову оторву! На … отверчу!

– Мне? – испугался я. – За что?

– Да не тебе, – бушевал благоприобретенный папенька, – а той сволочи, которая позвонила и сказала: «В нашей больнице скончался Иван Павлович Подушкин, надо забрать тело».

Я прилип к полу и начисто потерял способность изъясняться.

– Так он не умер? – поинтересовалась Кока.

– Нет, – ответил Владимир Иванович.

Николетта села на диване.

– У нас не будет похорон? А колье? Гости? Поминки?

Я вздрогнул, тут маменька потрясла головой, протянула ко мне руки и взвыла:

– Вава! Ты тут! О! Какой стресс! Я так исстрадалась!

– Дорогая, – бросился Владимир Иванович к жене.

По дороге отчим наступил мне на ногу и сердито рявкнул:

– Ванек! Ну разве можно так воскресать! Внезапно! Нико вся дрожит, бедняжка.

Я плюхнулся в кресло и стал тупо наблюдать за присутствующими, которые метались вокруг рыдающей маменьки.

– Успокойся, милая, – журчала Кока.

– Не плачь, – зудела Люка.

– Ах, она так расстроилась! – причитала Мака.

– Но я же… думала… ну… – твердила Николетта. – Гости, колье…

– Милая! – закричал Владимир Иванович. – Мы совершили роковую ошибку! Отметили факт росписи в узком кругу! А как же свадьба?

Маменька замолкла.

– Действительно! – воскликнула она.

– Мы устроим пир на весь мир, – пообещал муж, – ресторан «Ягуар», пятьсот человек гостей. Не расстраивайся из-за поминок – ей-богу, свадьба – это веселей и круче!

– А колье? – прошептала маменька.

Владимир Иванович расплылся в довольной улыбке.

– Нет вопроса! Купим два и диадему в придачу!

– Кто вам сообщил о моей смерти? – пролепетал я.

– Гадкие завистники, решившие мне насолить, – отмахнулся Владимир Иванович, – хотели выбить Нико из равновесия!

– Из больницы звонили, – прошептала маменька.

У меня в голове что-то щелкнуло, части пазла идеально сложились. Я поместил Егора в клинику под своим именем, показал паспорт Подушкина, естественно, с пропиской. Уточнить телефон, имея адрес, дело пяти минут. Значит, Егор умер! Вернее, он опять проделал привычный трюк: прикинулся покойником и удрал. Или он и впрямь скончался?

У меня сильно заболела голова, душу охватил страх. Лена мертва, думаю, Трофимова тоже нет в живых.