Петербургский рубеж

Бедный поручик и царская дочь…

— Он не просто бедный поручик, — прошептал я, — не забывай об этом, Сандро.

— Да не забываю я, не забываю, — ответил он. — Как тебе такая новость: сегодня утром во время прогулки Ольгу видели мило беседующей с известным тебе полковником Бережным. А потом они завтракали за одним столиком.

— Сплетник, — сказал я. — А вообще-то Бережной — это тот, кем станет Никитин через пятнадцать-двадцать лет службы. Матерый волчара, Акела из сказки Киплинга. Он здесь второй человек после адмирала, крепко стоит на ногах.

— Ладно, — кивнул Сандро, — пусть решает сама. А тебе вот, — с этими словами он положил на мою грудь маленький эмалированный белый крест на черно-оранжевой георгиевской колодке. — Ники просил тебе торжественно вручить.

Ты не думай, за то дело не только тебя наградили, невместно это. Твоему другу Сергею вручили Золотое оружие «За храбрость». Полковнику Бережному — Георгия 3-й степени. Одного Владимира 4-й степени даже отправили в Германию, чтобы немцы потом вручили своему агенту, который первым сообщил о подготовке провокации.

В отличие от тебя, вручать будем торжественно, после того как «Сметливый» присоединится к эскадре, так сказать на виду у всех.

— Сандро, — спросил я, поморщившись от неловкого движения, — скажи, что говорит ваш профессор, долго я буду здесь лежать?

— Во-первых, это не мой профессор… — ответил Сандро.

— Ладно, не придирайся к словам, — поправился я, — так что сказал профессор?

Сандро пожал плечами.

— Профессор Сергачев сказал, что через неделю ты будешь уже ковылять на костылях, а через месяц бегать за молоденькими санитарками. Они заковали твою поломанную ногу в такую вот интересную штуку, вот смотри… — с этими словами Сандро откинул в сторону край одеяла. Я чуть приподнял голову и скосил глаза.