Петербургский рубеж

Здесь, на Тихом океане, британским кораблям под страхом немедленного уничтожения запрещено покидать свои базы. Вэйхавэй, Гонконг, Сингапур — под контролем. На Балтике «красная черта» — Датские проливы, тут мы едины с немцами и датчанами. На Черном море наш флот тоже готов вступить в бой при попытке британцев проникнуть в Черное море через Проливы.

Французы в панике, немцы торжествуют. У нас с Германией вот-вот будет союз, который решено назвать Континентальный Альянс. Австрия обиделась на Берлин, и теперь Вена ищет марьяжа на стороне.

— Хорошо, — прохрипел я, — как говорит поручик Никитин, лекцию о международном положении ты мне прочел.

"— С ней всё нормально, пьет микстуры, — ответил Сандро со вздохом, — дышит соленым морским воздухом, лечит расшатанные нервы. С Ириной она рассталась, теперь вместо той какая-то кореянка из нового персонала. Ходит за Ольгой, как за дитем малым. Профессор сказал, что это совсем не несчастная любовь к твоему Сергею, точнее не только эта любовь.

А от кузена Ольденбургского детей ждать бесполезно. Знаешь, этим случаем уже заинтересовались и Ники, и ваша мама. Дескать, не оскорбил ли чем твой боевой друг Сергей твою сестру. Только всё гораздо сложнее.

Мне профессор по секрету сказал, что наша Ольга, несмотря на ее замужество, до сих пор девственница. Этот ее, с позволения сказать, супруг всё больше с содомитами развлекается.

— Сергей — он гордый, — тихо прошептал я. — В смысле оскорбления, так там всё совсем наоборот было. Я видел. Это Ольга за ним бегала, а он с ее компаньонкой-бесприданницей сошелся. Говорит: «Моя фамилия Никитин, и я никогда не стану господином Романовым».

— Да-а-а, — протянул Сандро, — другие бы на его месте в лепешку разбились.