Петербургский рубеж

Сам Джек Лондон — поклонник крутых парней, и сегодня на вечерней тренировке наша морская пехота будет пускать ему пыль в глаза. «Танцы с саблями», разбивание кирпичей и проламывание досок головой. Пусть знают иностранцы — кто круче яиц и выше звезд.

ТОГДА ЖЕ.

НА ПАЛУБЕ «СМЕТЛИВОГО».

Джон Гриффит «Джек» Лондон, корреспондент «Сан-Франциско Экзаминер».

Стоя на палубе этого корабля и пожимая руку его командиру, я вспоминал тот извилистый и опасный путь, который привел меня сюда и поведет еще дальше — к гибели или великой славе.

"Впрочем, опасность меня всегда привлекала. И тогда, когда я отправился на Клондайк, и теперь, когда я вызвался поехать в Корею. Конечно, мне хотелось еще и уехать из Сан-Франциско, подальше от Бесси и всех дрязг, связанных с разводом. Впрочем, у нас с Бесси не заладилось с самого начала. Но ради двух моих любимых дочурок я долго пытался терпеть ее бесконечные истерики, скандалы, беспочвенные обвинения… Каждый раз, когда я возвращался домой из командировки, начинались вопли о том, что от меня пахнет духами проституток, и что я не иначе как заразился от них сифилисом или гонореей…

И уже давно — еще с того времени, как она забеременела маленькой Бекки, она не допускала меня до своей персоны, под тем же самым предлогом.

И началась свистопляска. Сначала я согласился на все требования Бесси.

И когда стало ясно, что вот-вот Япония объявит войну России, я предложил редактору «Сан-Франциско Экзаминер» отправить меня туда корреспондентом газеты. Всё, что угодно, только б не видеть это лицо ведьмы, некогда бывшей моей любимой женщиной…

Когда я приехал в Японию, то мне объявили, что ради безопасности журналистов тем предписывается не покидать Токио.

Отчаявшись получить официальное разрешение, я на трех рикшах отправился в Кобе, оттуда на поезде до Нагасаки.