Первый (СИ)

Когда доходит очередь до бюстгальтера — торможу. Мой мужчина вопросительно вскидывает бровь и торопит без слов.

Вечер был классным. Я давно так не расслаблялась. Последние недели получились сумасшедшими, а дни — то спокойными, то нет. Одно из двух. Если день прошёл мирно и гладко, то это означает, что завтра (в крайнем случае – послезавтра) всё переменится. И с этим ничего нельзя поделать, только затаиться и покорно ждать бури. После того, как она стихнет — жить дальше, но ровно до следующей.

— Я тебе клянусь, — говорю Андрею.

— Можно, пожалуйста, человеческим языком? В чём это проявлялось?

— Ну, например, первое, что вспомнила — он был неправ, когда при друзьях посмеялся над её нарядом, а затем нарочно сбил с толку и исказил информацию таким образом, что Рита начала сомневаться в своей адекватности.

Я привожу новые и новые примеры. Затем отворачиваюсь и быстро надеваю на тело удобное домашнее платье.

— К сожалению, многие поддаются на манипуляции, потому что им дороже остаться в отношениях, чем разорвать их.

— Включай, — командует Бакурин. — И давай закажем что-нибудь поесть? Я адски голоден.

— Уже.

— Моя ты умница, — нежно хвалит.

Трель мобильного телефона застаёт нас врасплох, когда курьер приносит еду, а фильм уже стоит на паузе. Казалось бы, стоило привыкнуть, но каждый раз внутри что-то сжимается. Чтобы больше не чувствовать подобного, хочется спрятаться в ракушку и пролежать там до тех пор, пока всё само собой не разрешится.

— Понятия не имею, почему с ним нет связи, — отвечает Бакурин на кухне. — Конечно, оплатил, Аля. Я не идиот. Да, ещё час назад.

Он закрывает за собой дверь, чтобы не было так слышно, но приглушённый голос всё равно вбивается в уши."

"Я ложусь на кровать, сжимаюсь в клубочек и накрываю голову подушкой. Лежу так минуту или две, пытаясь отвлечься на что-то приятное.

Андрею, как и мне, и любому другому хомо сапиенсу, нужен близкий человек с похожими убеждениями и ценностями.

Одиночество — это жёсткий стресс. И чем больше стресса, тем хуже человек функционирует. Но что делать, когда быть вместе — мучительно? Когда все против? Когда не справляешься? Терзаешься сомнениями?

Убрав подушку, сажусь на кровати. Прислушиваюсь к тишине, жду окончания бури. Беру в руки пульт, когда думаю, что всё закончилось, но в этот самый момент раздаётся отчётливый звон посуды.