Первый (СИ)

— Да ладно. У брюнетки такие выдающиеся шарики, что сложно не заметить.

Андрей закидывает руку мне на плечо, притягивает к себе ближе.

— Жень, я не разбрасываюсь предложениями построить отношения абы с кем. Мне немало лет, чтобы понимать свои желания и брать ответственность за свои слова.

— Ты не откажешься от меня? Даже ради шариков?

— Даже ради них. Хотелось бы, чтобы ты верила мне. И доверяла.

Согласившись, опускаю взгляд. Дурацкая ревность и ненормальная жажда утереть нос потенциальной сопернице чуть не стоили мне здоровья.

Официант приносит две одинаковые порции скрэмбла из яиц и овощей. Желает приятного аппетита и удаляется.

— Какие у тебя планы на день? — спрашивает Бакурин чуть позже.

— Я хотела встретиться с Ириной, чтобы подыскать себе платье на свадьбу. Она, кстати, тоже. Не подумай, что я снова та самая наивная дура — с ней теперь буду осторожна. Просто мне хочется делать шаги навстречу в надежде, что точно такие же предпримет и отец в нашу сторону.

— Я отвезу тебя, куда скажешь. Сам съезжу в клинику и ненадолго заскочу в загородный дом, чтобы забрать оттуда кое-какие документы и вещи.

Киваю, но как-то заторможенно. Я осознаю, что Андрея с без пяти минут бывшей женой связывает не один эпизод, как нас. Гораздо больше — треть жизни. С этим нужно смириться и верить, верить, верить.

Глава 48

Андрей

Жизнь нередко прокатывает по сплошной чёрной полосе. Если нет шансов увильнуть в сторону, нужно вдавить ногу в педаль газа и гнать максимально быстро, чтобы проехать дистанцию, не успев увязнуть во мраке и депрессии.

Когда, наконец, попадаешь на белую — тут же хочется сбросить скорость до минимума. После удушающей черноты — сделать долгожданный глоток свежего воздуха и как следует насладиться. Можно и вовсе затормозить, осмотреться и прочувствовать момент. Кто знает, что ждёт тебя ещё через сотню километров?

* * *Мы с Женей живём вместе почти месяц. Сначала решение казалось поспешным, но сейчас должен признать – это самый крутой период в моей жизни. Не то чтобы я сравнивал или обесценивал прошлые отношения, но иначе выразить свои ощущения не получается.

Евгения раскрывается для меня с каждым днём. Она манит своей искренностью и целеустремлённостью. Красотой, хозяйственностью и женственностью. Первое время было проще представлять её зарвавшейся мажоркой и папиной принцессой на купленных правах, чем той, кем есть на самом деле. Теперь же за подобные высказывания в прессе хочется четвертовать каждого, кто смеет её упрекать.