Первый (СИ)

Сердце ускоряется, частит. Низ живота приятно тянет от предвкушения.

Я шире развожу ноги и позволяю крупной ладони протиснуться под резинку трусов, устремиться ниже и почувствовать обильную влагу между половых губ.

Нежным Бакурина можно назвать с натяжкой, но несмотря ни на что, мне нравится всё то, что он со мной делает.

— Хорошая девочка, — жарко шепчет на ухо.

Я таю, ловлю каждое слово. Оборачиваюсь, перехватываю Андрея за шею и пытаюсь поймать его губы.

Особенный день, особенный мужчина. Особенные отношения.

Гонщик закрывает глаза, пылко отвечает на поцелуй. Тянет вниз молнию, высвобождает член. Ударяет им по ягодицам, но не торопится входить — быстро водит рукой и хрипло дышит.

— Давай вечером никуда не пойдём? Останемся в номере и будем трахаться?

Не в силах озвучить ответ, согласно киваю. Да, да, и ещё раз да.

— С ума схожу, как сильно хочу тебя.

Андрей еще больше распаляется, открыто озвучивает свои желания. Его ведёт, а меня следом.

Алька. Алька, Алька!

В ушах звенит, слёзы подкатывают к глазам. Я отчаянно борюсь с собой, но это сильнее меня. Внутри что-то с треском пылает, горит. Иллюзия нашей непростой, но романтичной истории превращается в пепел и рассыпается по пустому выжженому полю.

— Извини, я прогуляюсь, — слегка отстраняю Андрея и вылетаю из ванной комнаты.

Вдогонку слышу глухой удар о стену и раздражённое: «С-сука...».

Глава 37

Подхватив платье с пола, тут же его на себя напяливаю. Сердце вылетает из груди, горькие слёзы жгут щёки. Я вытираю их тыльной стороной ладони и выскакиваю в коридор. Ожидаемо — Андрей не останавливает.

Не обращая внимания на других отдыхающих — быстрым шагом направляюсь к лифту и жму кнопку вызова.

Для кого-то любовь — это сила, взаимность, поддержка и близость. Для меня — слабость, мучение и беспомощность.

Я выхожу на пляж и иду вдоль берега, сняв босоножки и окунув ноги по щиколотку в тёплую, как чай, воду. И вроде бы боль при всех исходных данных вполне ожидаема, но от этого не менее неприятна.