Первая ведьма на районе

Положила ножку стола в мраморный стакан и тихо прошептала:

— Еld, — легкое заклинание призыва пламени. Мне нужен пепел. Но при этом не сгореть и не задохнуться. Проветривания-то тут никакого.

Дуб — носитель силы земли, твердая структура. Он станет своеобразным растворителем для стены. Очертить границу. Пух — сам по себе бесполезен. Но с эфиром воздуха — установить направление воздействия.

Так, а связать заклинание чем?

Кажется, у меня на кровати премиленький пледик… Нет, не пойдет. Нужно что-то другое.

Пока мой дуб догорал, переворошила всю кровать, добираясь до простыней.

— Кто-нибудь…

Нет, на этот раз я точно что-то слышала!

Медленно прошлась по комнате, внимательно вслушиваясь. Добралась до стены, когда услышала пронзительный визг.

— Черт! — даже испугалась и отпрянула в сторону. — Сейчас!

Понятия не имею, что здесь происходит, но сдается, что в этом месте я не единственная пленница.

— Кall, — приказала пламени, как только вернулась в кабинет.

"Решительно не понимаю, как люди живут без магии? Одно слово, и я спокойно беру в руки стакан, в котором только что бушевало волшебное пламя. И никаких ожогов.

Ножка еще не до конца прогорела, но пепла должно хватить. Мне же необязательно делать себе огромную дверь? Обмакнула пальцы в пепел и взялась очерчивать полукруг на стене, за которой я только слышала призыв о помощи.

Как только закончила с этим, взяла пух из подушки, налепила по пушинке в трех точках, чтобы замкнуть контур.

— Jag befaller, — без всяких церемоний приказала шторму, который ворвался в комнату, стоило снять защитную пробку. Этот не подчиняется ""по-хорошему"", лишь выполняет волю мага, а затем исчезает, почувствовав вкус свободы.

— Как нити сплетаю, тобой повелеваю, — взяла хлопковые ленты, связала узлом с одной стороны и начала заплетать косичку. — Преграду убери, камень подчини. Как нити сплетаю, тобой повелеваю, силу с цепи, на волю пусти…

Импровизация так себе.

— Еld, — и снова огонь. Опустила плетение, пока не обожглась. Хлопок сгорел до того, как коснулся ковра на полу. И вместе с ним в воздухе растворилась часть стены, образуя кривенький и маленький, но все-таки проход в соседнюю комнату.

Вот она — свобода!

— Ну, и кто тут звал на помощь? — словно герой уперла руки в бока, готовая бросаться в пучину местных страстей.