Первая скрипка для злого доктора

– Но, кажется… это же…

Приседаю, разводя руками переплетение сухих веток и корней, пачкаюсь в земле и вижу край плиты… с крылом на ней.

– Вот же оно.… – говорю тихо.

– Ну что ж, – раздаётся за моей спиной – старый скрипач всё-таки поднялся и теперь, как и я, смотрит на почти ушедшее в землю, заросшее надгробие, – кажется, это достойный финал все этой истории, не так ли?

Эпилог первый

(с оттенком грусти, зато жизненный)

Как бы скептически Иосиф Давидович ни относился к врачам, их прогнозы оказались чуть точнее, чем его уверенное брюзжание.

Хоть и, к сожалению, ненамного.

Мой учитель уходит во сне, спокойно и мирно, спустя почти год, незадолго до следующего фестиваля. Юрий Владимирович, к которому я обращаюсь за помощью в организации прощания, соглашается с тем, что желание профессора следует соблюдать. И похороны проходят без торжественного марша.

Правда, всё равно на них приходит, кажется, весь город.

Весь городской оркестр во главе с Павлом Петровичем. Наш дирижёр еще крепко стоит на ногах, но у него уже появился постоянный заместитель – первый альт, высоченный, бородатый, невероятный музыкант.

Сотрудники музея. Мои ученики и коллеги из музыкальной школы.

Жанна Вадимовна, с которой мы достигли хрупкого равновесия, которое еще укрепляется после того, как несколько месяцев назад я родила Антону дочку.

Моя бабаня, которая провела последний год рядом со старым скрипачом. Их спокойная и какая-то удивительно близкая дружба стала для меня примером чего-то невероятного…

Сам директор завода тоже присутствует со всей семьёй.

Влад, пришедший вместе с подругой, не отходит от нее ни на шаг – Эля беременна, и беременность протекает тяжело. Поэтому они быстро уходят, обняв меня на прощанье.

А к нам с Антоном, когда все уже начинают расходиться, подходит невысокий мужчина в возрасте, представившийся юристом Иосифа Давидовича и попросивший зайти к нему для кое-каких уточнений.

– Алёна Михайловна, – юрист и, как он сам сказал, нотариус, собравший нескольких человек в своём небольшом кабинете через несколько дней, протягивает мне запечатанный конверт. – Иосиф Давидович просил передать вам это.

– Что это? – спрашиваю немного хрипло, и Антон, сидящий рядом, обнимает меня, прижимая к себе крепче.