Перо бумажной птицы

Или они здесь не живут. Приезжает Калита на машине, кормит ее и Нику, расправляется с очередной свиньей – и уматывает восвояси.

Как бы там ни было, сегодня все прояснится.

Потому что у Даши есть чувство времени. И оно, это чувство, в полный голос твердит, что до визита Макса осталось минут пятнадцать, а то и меньше.

Даша приготовила все заранее. Конечно, вонь в комнате установилась страшенная, аж глаза щипало. Проветрить-то невозможно! Но тут уж выбора не было.

Она волновалась, но руки не дрожали. Кирпичный обломок славно лежал в плетеной чаше – чисто птенчик.

Целый кирпич так не уложить. Косичка из длинных лоскутов заканчивалась широким «гнездом». Даше пришлось попотеть, чтобы закрепить в нем с таким трудом добытый кусок, но в итоге все получилось.

Она ждала."

"Волноваться будет, когда все начнется. А сейчас – ну какой смысл? Только изведет себя раньше времени.

Время, время… Где-то пять минут до Макса.

Калита появился через три. Сначала сквозь дверь каким-то образом просочился запах тушеной капусты с сосисками.

Затем приветственно брякнул засов, и тощая головастая фигура возникла в дверном проеме.

Даша улыбнулась и помахала Максу свободной рукой. Первые секунды чрезвычайно важны. Нельзя, чтобы он что-то заподозрил.

Хвала тушеной капусте! Калита вошел, окутанный капустно-сосисочными ароматами, и дверь за ним закрылась.

Он приблизился, поставил перед матрасом лоток, положил пластиковую вилку. И тут к нему наконец-то пробилась мерзкая вонь. Калита поднял на Дашу удивленно-насмешливый взгляд – не иначе, решил, что она обделалась.

Вот тогда она легко, будто играючи, запустила ему прямо в горбоносую морду свой отвратительный «снежок», слепленный из содержимого отхожего места.

Если ты собираешься накормить врага дерьмом, тебе не до брезгливости. Но, готовясь, Даша в последний момент дала слабину и обернула руку двойным слоем простыни. Не то чтобы это сильно помогло… Но все-таки было не так противно.

Макс в ужасе отшатнулся, заморгал, с губ его сорвалось короткое ошеломленное ругательство, а затем он принялся молча, не произнося ни звука, очищать лицо, став до смешного похожим на умывающегося енота.

На это и был расчет.

Даша схватила лежавшую за матрасом пращу и точным сильным движением, которое она отрабатывала с самого утра, со всего размаха нанесла удар.

Человек, у которого все лицо в дерьме, почему-то совершенно не ожидает кирпича в висок. Он думает, что худшее уже случилось.