Переводчик с эльфийского языка

– А вы плиту после ужина выключили? – насмешливо поинтересовался Олаф Вирас.

Я на секунду задумалась, но тут же заявила:

– Да. Ко мне в гости заходила Эльза Бушта, она может это подтвердить.

Не знаю, правда, насколько тетушка Эльза обратила внимание на плиту и захочет ли она вообще что-то подтверждать, но имя уважаемой зельеварши сыграло мне на руку. Больше про плиту спрашивать не стали.

– Хорошо, а чем вы занимались в период с десяти вечера до полуночи? – Отступиться от версии нашей виновности страж не мог или не хотел.

– Эльфийским, – буркнула я.

Сосредоточиться на нем не получалось, но я честно старалась что-то изучать.

– Хорошо, а эльф?

– Откуда я знаю? Сидел у себя, тихо-мирно, ничего такого не делал, – тут же начала я защищать Кариэля. – Могу спросить у него."

"– Не надо, – недовольно покачал головой страж. – Он подданный другого государства, да еще посол. Так что разговаривать с ним сможем только тогда, когда будет что предъявить.

И сказал это Олаф так уверенно, будто и не сомневался, что доказательства против Кариэля появятся.

– А вы как следует осмотрели место пожара? Я уверена, что огонь магический! А еще, кажется, я слышала звон стекла, словно нам что-то кинули в окно…

– Так кажется или слышали? – тут же уцепился за мою оговорку страж.

– Кажется, слышала. Я же спала!

– Спросите у эльфа, возможно, ответит точнее, – предложил градоправитель, до этого изучавший свои бумаги и как-то внешне не обращавший на нашу беседу внимания.

– Кариэль, ты не слышал звон стекла перед пожаром? – обратилась я к послу.

– Нет, – мгновенно отозвался он.

– Совсем ничего? – удивилась я.

У эльфов слух тоньше человеческого, он бы точно услышал.

– Абсолютно, – подтвердил Кариэль.

– Он не слышал, – перевела я, а Олаф пренебрежительно усмехнулся.

Видимо, правда показалось.

Других вопросов дознаватель не задал, попрощался и ушел, зато инициативу перехватил градоправитель. Томас Гудн, видимо, решил, что раз Алария платит за сгоревшее посольство, то его стоимость можно завысить вдвое, а уж вещей, перечисленных в перечне безвозвратно утраченного, хватило бы минимум на три таких дома.

– Где подписать? – спросил он, указывая на бумаги.

– Рано подписывать! – испугалась я.

Мы только начали приходить к какому-то соглашению!

– Не хочу терять на это время, – просто ответил посол, взял писчие инструменты и подставил красивую затейливую подпись.