Совпадений нет

В какой-то момент Тима придавил мою спину и, навалившись сверху, довел до оргазма очередью отрывистых толчков. Сдавленно вскрикнув и вздрагивая от спазмов, я чуть отползла вперед и легла на бок, боясь, что еще один толчок и от меня просто ничего не останется!

Темурез дал мне сбежать, но отпускать не собирался. Навис надо мной, поцеловал в висок, в щеку, в подбородок, в кончик носа, в губы, мягко повернул меня на спину и устроился между ног. Я тут же инстинктивно уперлась ладонями в его мощную грудь, но он перехватил мои запястья, завел их над головой и вновь заполнил мое лоно.

Терпимее, мягче, но я все равно зашипела и напряглась.

Тима без снисхождения наращивал темп, и как ни странно нестерпимые спазмы стремительно оставляли меня, уступая месту наслаждению. И вдруг мне стало так хорошо под ним, таким большим, сильным, красивым, что признание зажгло на языке, принуждая меня открыться! Но я сдержалась. Я хотела сказать это не на эмоциях, не в состоянии коварной эйфории, а сознательно.

В момент этой мысли, Темурез вышел из меня и с хриплым стоном вдавился горячим, напряженным до предела членом в мой живот.

Теплые струи брызнули на кожу, наверное, запачкали смятое платье, но это меня не особо волновало. Я неотрывно смотрела в черные глаза и поняла без слов, что нам сегодня будет не до ужина…

Спустя несколько часов уставшие, довольные и влажные после душа, мы в обнимку лежали на простынях. Каждый думал о своем, и каждому что-то не давало уснуть.

– Это ведь было не настоящее свидание, – капризно заметила я, перебирая черные волоски на крепкой груди.

– Нет. Но вряд ли оно бы закончилось иначе, – съехидничал Тима.

Я улыбнулась, но улыбка быстро растаяла, а мой взгляд стал задумчивым. Он заметил это и приподнял мое лицо за подбородок."

"– У нас впереди много времени, мышонок, – уверил меня Тем. – Обещаю тебе, что мы наверстаем упущенное.

Никак не откликнувшись и глядя в черные глаза, я вдруг поняла, что это тот самый момент и негромко произнесла:

– Я хочу тебе кое-что сказать.

– Кажется, он напрягся. Лицо стало серьезным. – Только… это как прыжок с высоты без запасного парашюта, понимаешь? Когда я скажу, у меня не будет пути назад, если вдруг парашют не раскроется!

– Я понял. Ты хочешь, чтобы я отнесся к этому серьезно.

– Да.

– Тогда говори.

Не так-то это легко. Закусив губу, я неловко попросила:

– Можно я на ушко?

Тима еле сдержал улыбку.

– Давай на ушко, – согласился он и даже голову повернул, чтобы ближе было.

– Я… тебя… люблю.