Малышка, ты только моя (СИ)

Чего стоишь? — рявкнул на него Попов.

Степа не сдвинулся с места. Он достал из-под пиджака пистолет и направил на мужчину. Тот оставил попытки отчисть свой член от моей переработанной еды и уставился на парня.

— Что ты делаешь?

— Руслан Владимирович передал тебе «привет», ублюдок.

Выстрел. Я вскрикнула, закрыв руками уши. Самовольно отвернув голову в другую сторону, пыталась не смотреть туда, где уже скорее всего лежал труп Попова.

— Ты в порядке? — подошёл ко мне Степа, укутывая в свою куртку. — Всё хорошо. Я отвезу тебя к мужу.

— Ты не враг? — заикаясь спросила я дрожащим голосом.

— Нет. Я работал и работаю лишь на Ярова.

Я не сразу поняла смысл сказанных им слов. Когда он вывел меня из комнаты, я чуть не споткнулась о ногу. В прихожей лежало еще пару мертвых тел. Я лишь увидела их силуэты, так как глаза отказывались фокусироваться, а слезы, не упрощали им задачу. Мы вышли на улицу, и парень усадил меня в машину на задние сиденье.

Он прыгнул на водительское место, завел двигатель и рванул с места.

"— Он же ничего тебе не сделал? — парень поправил зеркало заднего вида, чтобы мы смогли видеть друг друга через него.

— Нет.

— Хорошо. Мне пришлось повозиться с остальными охранниками. Поэтому задержался.

Я обняла себя руками, пытаясь унять дрожь. Мне было страшно. Так страшно, что тело всё колотило. Мышцы уже начали болеть от сильного напряжения.

— Вот и твой муж.

Я подняла взгляд, всматриваясь в лобовое стекло. Вдоль дороги стояло несколько машин. Мы свернули с трассы, и припарковались возле них. Мне не составило труда среди незнакомых лиц мужчин, разглядеть одного единственного. Я выскочила из автомобиля, но Руслан уже был рядом и застал меня прямо возле машины, сжимая в своих объятиях.

— Соня, — его голос был охрипшем. Он взял моё лицо в руки, бешено бегая по нему взглядом. — Тебя ударили?

— Ничего страшно. Со мной всё в порядке.

Он отстранился от меня, поймал взглядом Степу и налетел на него, одним ударом повалив парня на мокрый асфальт.

— Так ты защищаешь мою жену? Я тебе говорил, что не дай Бог, с неё хоть волосок упадёт, я тебя в кислоте утоплю.