Перед смертью не накрасишься

Это получается четырнадцать отдельных дел. И еще всех этих мерзавок нужно найти, вручить им повестки и дождаться, когда они явятся в суд! А они туда не являются. И слушания все откладываются и откладываются! Я уже измучилась ждать. Прошу мужа, чтобы он продал квартиру, и мы бы переехали в другое место. Но он отказывается!

– Отказывается? Почему?

– Говорит, что наша квартира, с обременением из четырнадцати человек, будет стоить сущие гроши. Нормальные люди не захотят судиться четырнадцать раз подряд. А те, кто захочет, вряд ли заплатят нам дорого.

– Ну, так купите себе другое жилье, а эту квартиру сдавайте.

Девушка, которая уже открыла рот, собираясь что-то сказать, внезапно так и застыла с открытым ртом. Но это ее красило.

– Потрясающе! – прошептала она, с восхищением глядя на подруг. – Я считала себя самой умной, а тут приходит какая-то… Она не договорила и горячо воскликнула: – Дорогая! Да вы же меня просто спасли! Сдать квартиру! Это прекрасный выход из положения! Аренда элитного жилья в центре все время дорожает.

– Конечно сможете! Квартирантам ведь будет все равно, кто тут прописан. Или эти девушки докучают вам?

– Мы с мужем до сих пор не видели ни одну из них!

– А Кошкину?

– И ее тоже!

– Значит, вы ничего о ней не знаете? Не знаете, где она живет сейчас?

– Конечно нет! Если бы я это знала, то я бы уж сама за шкирку притащила бы ее в суд. И добилась бы от негодяйки, чтобы она привела туда всех своих девиц!

И подруги ей поверили.

– Можно еще один вопрос?"

"– Для вас, дорогая, все, что угодно.

– Если, как вы говорите, все бывшие жильцы съехали из этого дома до реконструкции, то откуда вы узнали о том, что тут в вашей квартире жили проститутки?

– Мне соседка сказала.

– Соседка? Но ведь…

– Соседка из дома напротив, – неохотно пояснила красавица.

– Это она вам?

– Мне.

– А почему вернулась?

– Бабуля перепутала меня с одной из девиц, которая жила в этой квартире, – нехотя пояснила красавица. – Та тоже была брюнеткой. А бабка подслеповата и…

Девушка не договорила и выразительно развела руками.

– Понятно.

– Да. Мы долго разговаривали с этой бабулей.