Перехватчик. Разборки третьего уровня

Первочеловек на шестиноге, закованный в своеобразные доспехи, и уцелевший Ликозид застыли напротив, внимательно разглядывая друг друга. Теперь Матвей смог рассмотреть разумного тарантула во всех подробностях. Но странное дело, отвращения сложное тело Инсекта не вызывало, разве что тревогу и удивление.

Да, Ликозид имел общие черты тарантула, но были и различия, особенно в строении головы и глаз. К тому же Ликозид был одет в полупрозрачный золотистый «комбинезон», скрывающий многосложное тело до хвоста.

– Кто ты? – задал мысленный вопрос Матвей.

– Своих надо узнавать, мастер, – долетел насмешливо-сочувственный мысленный «голос», и Матвей едва не выронил копье от изумления.

– Тарас? Горшин?!

– Ну, не совсем я, только наведенная пси-копия, но для выполнения миссии и это сгодится.

– Какой миссии?

– Ты слишком рано овладел трансовым скольжением, незавершенный, и это обеспокоило не только Союз Девяти и Хранителей Внутреннего Круга в вашей запрещенной реальности, но и властелинов «розы реальностей».

– Иерархов, Аморфов?

– Кроме иерархов и Аморфов, абсолютные уровни Вселенной населяет множество других существ, в том числе и твои приятели Монарх и Лекс.

– Кем? Инфархом? Светленой?

– Ох и любишь ты определения! Не отвлекайся, тебя очень трудно поймать во время твоих путешествий, другого случая может не представиться. Ты помнишь последнее свое путешествие?

– Когда я проник во дворец Изоптеров? Кто-то врезал мне… то есть предку, конечно, по затылку…

– Никто ему не врезал, это сработала «Игла Парабрахмы».

– Но я же ее не… постой! Я нашел нечто вроде старинного пистолета и хотел испробовать…"

"– Это был инициатор «Иглы», а твоя фантазия представила его в форме пистолета. Ты забыл, что со времени нашего последнего боя с Монархом и Лексом полтоpa года назад ты остался включенным в контур саркофага? Да, ты откорректировал реальность, заблокировал входы в МИРы Инсектов, но… остался в контуре! То есть ты сохранил способность влиять на события в любой точке пространства и в любой момент времени.

– Им-то какое дело до наших внутренних разборок?

– У них свой взгляд на жизнь и смерть, и они привыкли опираться только на свои желания и соображения.