Перехватчик. Разборки третьего уровня

– Федор Ильич, вашему подразделению предстоит попотеть. Нужно выйти на «Чистилище» и на «СС». Технически вы оснащены неплохо, дело только за кадрами. Есть ли у вас, в ваших «Гамме», «Дельте», «Руслане», профессионалы класса «супер» и «абсолют»?

– «Суперов» семеро, – немного помедлив, ответил молодой генерал Первухин.

– «Абсолютов» ни одного. До этого уровня добираются единицы из сотен тысяч мастеров боя и перехвата. Неужели возникла необходимость в спецах такого класса?

– Необходимость диктуется уровнем организаций, против которых нам предстоит работать.

Первухин покачал головой.

– Попробую покопаться в компах кадрового спецбункера и банках данных Ассоциации ветеранов «Барс»… если дадите проводку по «четырем нулям».

– Оформлю."

"– Тогда я пошел. – Первухин встал, но, дойдя до двери, оглянулся. – Знал я одного «абсолюта»… Вам фамилия Балуев ни о чем не говорит?

– Как будто нет.

– Работал в «Т» один перехватчик-«абсолют» Василий Балуев, но после известных событий на даче генерала Ельшина исчез.

– Попытайтесь разыскать его как можно быстрей.

Первухин щелкнул каблуками и вышел.

Директор ФСБ написал на чистом листе бумаги фамилию «Балуев» и в задумчивости стал рисовать над ней человечка.

МЕЛКИЕ НЕПРИЯТНОСТИ

Нога у Стаса начала сгибаться в колене, и мальчишка не помнил себя от счастья. Он смотрел на Матвея, приходившего навестить его, такими глазами, что тому становилось не по себе.

– Через два дня снимем гипс, и можете забирать сына, – сказал хирург, изучая повторные рентгеновские снимки колена. – С методикой восстановления я вас познакомлю.

Матвей переглянулся со Стасом, сидевшим на кровати. Мальчишка опустил глаза, улыбнулся, и по его щекам пробежали красные пятна.

– Не волнуйся… пап… все будет в порядке.

У Матвея встал ком в горле, он поцеловал Стаса в макушку и со смешанным чувством поехал к Ивану Парамонову, который ждал его, чтобы обговорить детали предстоящего «стрессового» лечения Кристины.

Парамонов предложил даже два варианта. Первый почти полностью копировал случай, описанный Иваном Ефремовым в романе «Лезвие бритвы», второй чем-то напоминал библейское исцеление Иисусом Христом парализованного мальчика.