Пасынки Джихада

Утром будешь дома, без всякого телефона, лично пообщаешься с семьёй.

— Думаешь?

— Чего тут думать? Уверен! До утра как раз всё рассосётся…

Руденко согласился и почти сразу успокоился: так же быстро, как и всполошился. Интересно, вроде бы полковник, большой уже, а такой тугодум… Ему до сих пор и на ум не пришло, что он, может быть, давно в розыске! И если кто и сидит у него дома, так не мои гипотетические бойцы, а суровые ребята в форме и бронежилетах шестого класса защиты.

Вот вам инерция мышления. Полковник видит ситуацию со своей позиции и почему-то считает, что его коллеги, которые сейчас организуют розыск, считают точно так же.

То есть, что его, невинную жертву, какие-то злобные даги-террористы (скорее всего, «концы» привяжут именно к ним, больше просто не к кому) вывезли не пойми куда, предварительно заколбасив восемь человек на узле…

Почему бы чуть-чуть не пошевелить мозгами и не пойти дальше? А впрочем, это и хорошо. Пусть себе думает так — нам меньше мороки.

Ближе к полуночи я ещё раз убедился, что мне не зря платят солидные гонорары.

Проще говоря, впервые за вечер я получил стоящую информацию с установленных Артуром маяков. Вернее, с того, что был на нейтральной территории — в коридоре."

"До этого момента я слушал отдельные фразы из негромкой беседы двух молодых людей. Насколько я мог судить по содержанию беседы, там выставили парный пост по охране места происшествия. Совершенно ничего информативного — типичный солдатский трёп у опечатанных дверей, за которыми лежат трупы. Судя по сдержанности высказываний, ребята подготовленные, никаких охов-вздохов и прочих слюней — одним словом, спецназ или разведка.

А тут — прямо каскад информации! Недолго, но крепко и эффективно. Короче, пришли какие-то большие люди, с властными голосами и до того переполненные возмущением к возложенной на них миссии, что даже двери за собой не удосужились закрыть. Общались минуты две, от силы три — специально не засекал, при открытых дверях, и кое-что было слышно в коридоре.

Оказывается, у них там, на узле, сидела вся эта компания, что утром брала Руденко с дагами.

Это я понял потому, что несколько раз прозвучала фамилия Иванова. Того самого, о котором упоминал Руденко. Вот что ещё я понял из обрывочных фраз: Иванов со своей группой занимался Руденко (властный голос так и сказал — «ваша операция»), неожиданно у них всё пошло наперекосяк, одиннадцать трупов никому не простят, пощадили их только из-за того, что за них заступился какой-то высокий покровитель.