Пассажир без багажа

Муж отделывался или молчанием, или односложными ответами.

– Я что – противна тебе? – спрашивала Варя.

– Нет, с чего ты взяла?

– Я вижу, что противна! У тебя кто-то есть? У тебя что – любовница в Москве осталась?

– Нет!

– Тогда в чем дело? Может, ты заболел?

– Перестань!

– Все, я развожусь!

В ответ на это он всегда молчал. Варя чувствовала себя униженной. Ну, сказал бы «да», в конце-концов! Или уж «нет»! Она бы хоть знала, чего он хочет! Но это молчание… Будто ей не стоит отвечать. Будто с ней невозможно серьезно поговорить.

Будто она – его жена – пустое место…

Но окончательное решение о разводе она приняла сегодня, узнав, что Андрей и не подумал купить обратные билеты. Испортил ей отдых! Даже не подумал извиниться! Даже не предложил сбегать в кассы и купить билеты самому. Послал ее. Впрочем, нет. Даже не посылал. Ему на все было наплевать, на нее – в первую очередь. Она возвращалась в гостиницу, чувствуя странное оживление – после такого-то тяжелого дня… «Наконец-то я решилась, – думала она, входя в лифт, нажимая на кнопку четвертого этажа.

 – Теперь будет легче… Ничего, разводятся же люди, и живут потом прекрасно. Взять ту же Кристину… Главное – ни с кем не советоваться. Отговорят. И отец с мамой тоже будут против. И на работе удивятся. И соседи не поймут. Боже, почему я всегда думаю, что скажут люди, почему слушаю дурацкие советы? Наверное, потому, что сама не знаю, чего хочу. А теперь знаю. Я не хочу больше с ним жить! К черту все! Почти десять лет прожили, и хватит!»

Варя прошла по бесконечным коридорам.

Потертое ковровое покрытие на полу заглушало звуки ее шагов. Наконец, вдали показалась освещенная настольной лампой стойка портье. Дежурила уже другая женщина. Она смотрела телевизор с приглушенным звуком. Не доходя до нее, Варя повернула налево и стукнула в дверь своего номера. Муж не ответил. Она нажала ручку двери, и обнаружила, что он не заперся. В номере было темно. Она включила свет и заглянув в комнату, увидела, что Андрей лежит на постели в той же позе – как будто за несколько часов даже не пошевелился.

– Как ты можешь спать с открытой дверью? – спросила она, устало опускаясь в кресло. – Я купила билеты. Да открой глаза, наконец! Мне нужно с тобой поговорить.

Он шевельнулся, прикрыл лицо ладонью, жмурясь от яркого света.

– Который час? – вяло спросил он. – Боже мой, как тут жарко…

Она включила ночник над своей постелью, погасила верхний свет, распахнула окно. В комнату ворвался ветер с Балтики и шум оживленного перекрестка.