Пассажир без багажа

Мать Нины дарила ему подарки на все более-менее значительные праздники, никогда не забывала поздравить с днем рождения и днем Советской армии… Тогда это его не умиляло – все воспринималось как должное. Но вспоминая свою «законную» тещу, он не мог не признать, что хотя бы в этом отношении сделал неверный выбор. Та вечно упрекала его за недостаточное внимание к дочке и внучке. В общем, из-за этих упреков у них с женой многое и разладилось…

– Мама? – улыбнулась Нина. – Неплохо. Самое темное пятно в ее жизни – это я.

– Она все знает?

– Конечно. Я могла бы соврать, что я работаю проводницей… Это не было бы таким уж враньем. Но я не стала врать, сказала ей правду. Это, наверное, жестоко?

Он промолчал. Нина подождала ответа и, не дождавшись, ответила себе сама:

– Да, раньше бы я так не поступила. Я даже о нашем с тобой разрыве сообщила ей месяца через три. Все никак не решалась ее огорчить. А потом стала на все смотреть по-другому. Спрашивается, зачем так беречь людей, трястись над тем, что они подумают, если всем на тебя плевать?

Она осторожно высвободила пальцы из его ладони, отодвинула рукав и взглянула на часы:

– Спасибо, что все-таки меня довез.

Но он не двинулся с места. На платформе уже почти не осталось людей. Проводницы стояли у раскрытых дверей вагонов, ожидая последних пассажиров. Под ярко освещенными сводами разносился мелодичный голос из динамиков, оповещающий о том, что поезд отправится через пять минут.

– Ну иди. Я на тебя не сержусь. Это ты хотел услышать? Или еще чего-то ждешь?

– Нин, – с трудом выдавил он. – Неужели ничего нельзя изменить?

– А что ты хочешь изменить? Меня? Поздно. Кое-кто уже пытался, и ничем хорошим это не кончилось. А самого себя? Мне, во всяком случае, это уже не нужно. Ты мне не нужен, запомни. Ни старый, ни новый, никакой.

– Но тогда почему ты мне звонила?! Откуда ты узнала мой новый номер?! – Сорвался он. Ее хладнокровие приводило его в отчаяние.

– Твой номер я получила от одного твоего старого друга. Он спросил, не нужен ли мне твой телефон, и я взяла. А музыка… Всегда знала, что в ней ты не разбираешься, – усмехнулась она. – Тебе же медведь на ухо наступил. Я ее ставила, чтобы ты догадался, кто звонит.