Печать мастера. Том 1

Две декады?

Коста ошеломленно посмотрел на Шестого Наставника.

Две декады?

– Или… – Шестой запустил руку в карман, и вытащил ещё один точно такой же мешочек. Взвесил на руке и потом, развязав тесьму медленно высыпал ручеек золотых монет прямо на пол. – … столько. Если будешь выполнять свою работу очень хорошо.

Шестой Наставник прошагал прямо к нему по золотым кругляшам – фениксы звякали под сапогами.

Коста равнодушно изучал рассыпанное под ногами богатство.

Арры платят щедро?

– Если Арры платят щедро, почему Мастер Хо нуждался в деньгах? Он же работал на Арров?

Шестой помедлил с ответом не более мгновения, а потом ослепительно улыбнулся.

– Четвертый всегда был слишком… гордым. И отказывался принимать любое вознаграждение.

Гордым?

Коста опустил глаза вниз, чтобы спрятать взгляд, на золотистые кругляши, рассыпанные по полу.

Гордым? Сколько раз у них не было, что жрать несколько дней? Гордым? Сколько раз они делили декаду один ужин на двоих и не могли работать, потому что у них не было денег на тушь и кисти… Гордым…

– Всего десять зим службы.

Коста смотрел на печать мастера, которая крутилась на ветру и переливалась на свету, на рассыпанные на полу монеты и его начала бить дрожь.

«Я обещаю вам, мастер Хо. Вы будете мной гордиться».

«Только те, кто не пожил, могут считать, что деньги и сила – это главное», – вспомнил Коста усталые слова Сейши.

– Это щедрое предложение, господин, – Коста уважительно поклонился и не увидел, как по губам Шестого зазмеилась удовлетворенная усмешка. Потому что не мог оторвать взгляд от пола, усыпанного золотыми кругляшами.

– Я отказываюсь. Сегодня вечером я уже принял предложение Мастера Вана.

* * *Когда мальчишка вышел из поминального храма, Шестой улыбаться перестал. Стянул шелковую ленту с волос и поднялся наверх, выпуская вверх плетения – красный условный сигнал.

Двадцать четыре ступени раз. Двадцать четыре ступени два. Двадцать четыре ступени три.

Светило уже взошло высоко и море сияло ослепительной зеленью, волнуясь, что принесет новый день. Печать Хо он сдернул с крючка рывком, порвав цепочку.

Белую шелковую ленту он бережно завязал на узел, продев в кольцо, так, что печать оказалась опутанной белым шелком, как паутиной.