Печать мастера. Том 1

Натянул верхний халат, чуни, и на мгновение раздвинул створки окошка впуская в маленькую комнату под самой крышей ледяной воздух. Изучил улочки ночного Керна – город с высоты выглядел строгим, правильным и “настоящим”. Первый настоящий город, который обязательно стоит нарисовать.

Коста прижмурился, открыв рот, и начал ловить снежинки. Одна, вторая. Третья.

Пить хотелось нестерпимо, и он покрался вниз, по пути заглянув в распахнутую дверь спальни наставника – тахта не тронута, тубусы, баул и кисти так и валяются нераспакованные на полу у стола.

Снизу слышались звон бутылок и негромкие голоса, хриплое “хо-хо-хо” наставника. На лестнице не скрипнула ни одна ступенька под его весом, пока он крался вниз."

"Дом, точнее флигель – в боковом крыле лавки – одна комната внизу, лестница на второй ярус и две комнаты сверху – им нашел сир Блау. Точнее прислал одного из охранников за ними на постоялый двор с приказом собирать вещи.

Все члены отряда должны быть размещены хорошо. Коста млел, потому что лавка оказалась пекарней, и о питании на утренней и вечерней заре тоже договорились с хозяйкой – суровой северной вдовой, с двумя детьми на руках.

Сир Блау следил за семьями тех, кого потерял внизу – это редкость, сказал наставник.

Одна ступень, две, три.

– Нет, Хо! – голос бородача Блау слышался отчетливо и Коста замер, прислушиваясь, боясь перенести вес на ступеньку.

Сир решил посетить их глубокой ночью?

– Ну, что тебе стоит, Вэй! Всего четверть оплаты вперед!

– Нет, Хо.

Ещё ступенька, раз, два, три. И коста осторожно выглянул между перил – в небольшой гостиной разожгли огонь, и только языки пламени освещали стол, лица, бутылки.

Наставник снял верхнее ханьфу и остался в серой нижней рубахе, сир Блау полностью распахнул кафтан – толстая витая цепь и и печать светились на груди тусклым золотом.

Пахло… Коста принюхался… перепелами, лепешками из таверны и… морсом.

– …когда ты отправишь вестник Хэсау? – голос наставника звучал едва слышно.

– После первого спуска. Когда ты и твой… ученик, докажите, что чего – то стоите в катакомбах.

– Я уже ходил с тобой, Вэйлиент, – голос наставника похолодел.

– Пятнадцать? Двенадцать зим назад? Из которых десять ты трусливо просидел за хребтом, – Блау отхлебнул прямо из бутылки. – и тогда у тебя не тряслись руки.