Парный танец

Эх…

Я стала перебирать заметки о Камияре, любуясь идеальной внешностью барса. Скоро он будет совсем рядом, и я не я буду, если не найду способ с ним встретиться. Так и представляла себя в красивом вечернем платье на высоких каблуках и нашу незабываемую встречу. Все сделаю для того, чтобы и для Камияра она стала именно такой! Я же столько лет о нем мечтала, и теперь появился шанс.

Открылась дверь, и ко мне вновь заглянула сестра. Неодобрительно посмотрела на разбросанные на кровати вырезки и сказала:

– Марта звонила.

Передавала привет. Спросила, как мы, и сообщила, что, возможно, приедет через месяц. У ее мужа намечается деловая командировка сюда.

– Ясно.

Новости были неожиданными. Даже не знала, радоваться приезду матери или нет. Не знаю, как Даша, а я с детства по имени к ней обращалась. Она всегда этого требовала. Пара оплеух отучила называть мамой. Для Марты не было лучшего комплимента, чем когда ее принимали за нашу старшую сестру. Да я и сама воспринимала ее как дальнюю родственницу, но уж никак не мать.

Отца нашего убили, когда я только пошла в школу. Скорее всего, это сделали конкуренты, но доказать ничего не удалось. Бизнес перешел к матери. Некоторое время она вела дела с партнером папы, но он оказался мерзавцем и обманул Марту, сумев перевести активы на новую фирму, записанную уже на его имя. Нам пришлось продать загородный дом и жить в городской квартире. Потом ту квартиру мы тоже продали и переехали в трешку, а потом в двушку, где и живем сейчас с сестрой. Марта никогда не работала – считала это ниже своего достоинства.

Жили на вырученные от уменьшения жилплощади деньги и подарки ее любовников. Лет семь назад она повторно вышла замуж. Через пять лет развелась. Ее муж нашел красотку помоложе и без сожаления с Мартой расстался, оставив ни с чем. Некоторое время мать пожила с нами, а потом встретила Огюста, бизнесмена из Германии, и уехала к нему. Нашим воспитанием она не утруждалась, и уже во время ее второго брака мы жили отдельно. Даша стала мне и матерью и отцом. Именно она проверяла мои уроки, готовила, заботилась, распределяла бюджет. Очень рано пришлось стать самостоятельными."

"Я поморщилась. Если к работе сестры Марта относилась с уважением, то меня опять пилить начнет, что я неудачница и нужно найти себе более достойное занятие. Хотя мне не привыкать к ее недовольству – вечно ей все не нравится. Я даже слышала однажды, как она жаловалась по телефону подруге, что младшей дочери не досталось ни красоты, ни ума.